Выбрать главу

А вокруг стоят люди в белых хламидах, больше похожих не на медицинские халаты, а рясы священнослужителей. Они холодно и отстраненно наблюдают за мучениями и делают пометки в планшетах.

Стас дернул головой, моргнул, сделал жест, словно прогоняет муху.

— Не хочу этого знать! — вырвалось у него.

— А придется, — усмехнулся Селдже. — Ты ведь тертон. Через Черные Иконы можно пройти туда и обратно. Серые не способны их утешить и оттого испытывают своего рода стыд. Каждый раз, когда они встречают Икону, то просят прощения.

…Тогда, в Тауханских горах, Гончий опустился на колено перед Иконой…

— Так они им не поклоняются? — прошептал Стас. — Они просят прощения?

— Да.

Черный страдалец застонал.

Стас завороженно смотрел на него, и мысли путались.

— Все не так, как мы думали… — произнес он тихо.

— Это и есть Завеса, тертон Станислав. Все не то, чем кажется.

Глава 66

Перепутье-7

— О чем бы ты хотел еще спросить? — спросил Селдже.

Лицо парня освещала мягкая улыбка, и Стас подумал, что его спутник намного мудрее и старше, чем кажется. На тысячу лет. И в то же время он не притворяется, когда ведет себя как энергичный удалец — Селдже и есть такой: одновременно мудрый и предельно простой веселый человек.

— Если я пойду в новую жизнь… То рожусь снова, буду ребенком и так далее? Я забуду об этой жизни, о Завесе, обо всем?

— По большей части да. Но твоя карма в очень глубоком бессознательном останется. Запись обо всех твоих поступках, совершенных с осознанным намерением. Уровень ума, где хранится эта запись, настолько глубок, что не привязан к физическому телу, оттого ему неважно, живо тело или нет. И твоя накопленная карма рано или поздно снова приведет тебя к той дороге, по которой ты шел. У тебя останется характер, а воспоминания, хоть и не выйдут на поверхность, все равно будут влиять на мысли и поступки. Кое-что из прежних жизней ты будешь видеть в снах. Будешь удивляться, почему ты такой, а не другой… Ты останешься тем же самым существом, с ворохом добрых и злых дел, совершенных в прошлом. Карма — единственный закон вселенной, который не превозмочь ни смертным, ни бессмертным. Лишь добрые дела изменят ее… или страдания.

И Селдже выразительно посмотрел на черного человека на стене. Затем, возвысив голос, спросил:

— Итак, тертон Станислав, ты принял решение? Где твой путь?

Поразительно, но слова Селдже не звучали пафосно. Однако в них была скрытая сила, и Стас ощущал ее.

— Я хочу вернуться… — откашлявшись, сказал он. — И бороться за свободу… Нет, не так. Делать так, чтобы у людей появился осознанный выбор. В мире Серых нет такой возможности. А я хочу дать ее всем. А что они выберут — это их дело.

— Но если люди не захотят выбирать свободу выбора? Когда все регламентировано и прописано, жить проще! Ха-ха! Не нужно думать! А ведь для многих думать — хуже каторжной работы…

— Они не знают, как на самом деле все устроено! Завеса закрывает глаза! Они не знают, чего лишены!

— Что, если даже после того, как ты откроешь им глаза, они все равно откажутся жить без Завесы? Что, если они не захотят принять твою помощь?

— Я буду ждать… до тех пор, пока они не созреют.

Селдже не отставал:

— А если придется ждать тысячу лет? Ты готов?

Черный страдалец застонал. Стас поднял руки к ушам, но в последний момент отдернул.

— Они не знают, что их ждет здесь, в Перепутье!

Селдже кивнул.

— Верно. Они думают, что попадут в рай. Или что посмертного существования нет. Но рай, ад и блаженное небытие — тоже иллюзии. И райские кущи, и адское пламя — все это живет в уме человека. Ты блуждал, не находя своего призвания при жизни, блуждаешь и сейчас. Ветра кармы гонят тебя к таким же, как и ты… Остальных ты не видишь, несмотря на всю свою силу.

Веселый воин в кои-то веки пригорюнился и вздохнул. Впрочем, вздох был не слишком тяжелый.

— Ты не будешь знать, достигнешь ли цели, Станислав Думов. Ты даже не будешь знать, достижима ли твоя цель в принципе. Но ты должен идти все равно. Не смотри на горизонт — он всегда убегает, потому что это обман. Смотри под ноги и на тех, кто рядом. Помогай им и продолжай идти… Может быть, ты станешь последним из тертонов…

Стас протер лицо и вгляделся в собеседника.

— А кто ты такой, Селдже? Проводник в мире мертвых?

— Я уже говорил, что был обычным человеком, забыл? Я — как ты, не более и не менее. Пойдем. Раз ты сделал выбор, то должен пройти испытание.

Стас послушался. Этому удалому парню, чувствующему себя в Перепутье как дома, нельзя было не доверять. Селдже подмигнул, и в ту же секунду наступила ночь… Но не сумрачная ночь без луны и звезд, а вполне натуральная, обыкновенная ночь.