- Ты же во что-то упаковывала свою одежду. Где твои чемоданы?
- Чемоданы...
- Леди Джессика, если бы мне нужен был попугай, я стал бы морским капитаном. Где твои чемоданы, черт возьми?
- Я не знаю, - призналась она. - Ими занималась прислуга, после того как Бетси их распаковывала.
Вулф пригладил пальцами копну своих волос, стараясь не замечать, как эффектно смотрелось нежно-голубое платье Джессики на фоне приглушенного пламени ее распущенных волос.
- Чертовская беспомощность... Аристократка несчастная...
- Твои ругательства не помогут, - заявила она сдержанно.
- Как сказать...
Вулф выбежал из комнаты гостиницы, хлопнув дверью.
Джессика едва успела принять безмятежное выражение лица, хотя на душе у нее скребли кошки, когда Вулф появился с чемоданами на плечах. За ним поспешали двое молодых людей, которые тоже несли по паре чемоданов. Они поставили свою поклажу на пол и с большим интересом принялись разглядывать нарядную женщину с распущенными волосами, которые волнами ниспадали до бедер.
- Благодарю вас, - сказал Вулф молодым людям.
- Рады помочь, - отвечал младший. - Мы слышали, что в городе появилась настоящая английская леди. Вот уж не ожидали, что нам повезет увидеть ее.
- Вообще-то я шотландка.
Юноша улыбнулся.
- Все равно. Вы очень похожи на котенка с бархатной шерсткой. Если вам нужно будет поднести чемоданы к дилижансу, вы только кликните. Мы в тот же миг прибежим.
Джессика вспыхнула, почувствовав столь явное восхищение со стороны молодых людей.
- Благодарю вас, вы очень добры.
Вулф хмыкнул и бросил на юношей такой взгляд, который заставил их мгновенно покинуть комнату. Более смелый из них, прежде чем закрыть за собой дверь, успел повернуться к Джессике и прикоснуться к шляпе.
- Подбери волосы, - приказал Вулф холодно - Даже в Америке женщина не позволяет себе появляться перед чужими людьми с распущенными волосами.
Не говоря ни слова, Джессика подошла к столику и взяла одну из щеток, которыми раньше орудовала Бетси. Джессика с распущенными волосами являла собой соблазнительное зрелище. Вулф уголком глаз наблюдал за тем, как она начала причесываться.
Через несколько минут стало ясно, что Джессика не умеет обращаться с щеткой. Она беспомощно водила ею, напрасно пытаясь укротить свои непокорные, роскошные шелковистые волосы и заставить их вести себя так же послушно, как под рукой Бетси. Дважды Джессика роняла щетку на пол. Когда Вулф поднял ее в третий раз, он потрогал пальцами ручку из слоновой кости и как-то загадочно взглянул на Джессику.
- Она гладкая, но не скользкая, - сказал он, подавая ей щетку.
- Спасибо. - Джессика посмотрела на ужасный инструмент, который, казалось, был создан специально для того, чтобы притягивать к себе волосы и заставлять их трещать от электрических разрядов.
- Я не понимаю, что случилось. Она хорошо служила при Бетси.
- Она хорошо служила при... - Вулф замолчал, не досказав.
- Ты прав. Кажется, в этой комнате прячется попугай, - произнесла она вкрадчиво.
- Господи, ты не умеешь даже привести в порядок собственные волосы.
- Конечно, нет. Эта обязанность лежала на Бетси, и она с ней отлично справлялась. - Джессика осторожно взглянула на Вулфа. На его лице было написано неподражаемое удивление. - Полагаю, что американские женщины совершают свой туалет без чьей-либо помощи?
- О боже!
- А, это религиозная традиция, - вздохнула Джессика. - Очень хорошо. Если в Америке любая Бетси или Абигейль могут это делать, значит, смогу и я. Подай мне, пожалуйста, щетку.
Вулф был слишком потрясен, чтобы возражать. Он безмолвно наблюдал, как Джессика водила щеткой сверху вниз, демонстрируя при этом величайшую решительность и нимало не заботясь о мягкости движений. Сильный удар щетки поднимал волну статического электричества. Волосы трещали и разлетались, запутывались в пуговицах и прилипали ко всему, что встречалось на их пути.
Коснулись они и руки Вулфа. Небольшая прядка обмоталась вокруг его запястья, нежно прильнула к смуглой коже Волосы были восхитительно шелковистыми. Вулф испытал противоречивые чувства. С чертыханием он отдернул руку, нечаянно оборвав при этом волосок.
У Джессики перехватило дыхание, она издала возглас удивления, глаза ее сверкнули.
- Это ты сделал напрасно.
- Нечаянно получилось. Твой волос напал на меня.
- Напал на тебя?
- У тебя пунктик. Что-то надо делать с этим противным попугаем.
Она обернулась и увидела, что ее волосы опутали его запястье и застряли в запонке манжеты.
- Зубы очень остры?
- Что?!
- Бетси предупреждала меня, что мои волосы вероломно нападают на пуговицы, - сказала Джессика серьезно, - но она ничего не говорила о руках. Надеюсь, твоя рана не очень глубока.
Вулф пошевелил плечами, чтобы подавить смех, поняв, что Джессика дразнит его. Все же он фыркнул, когда стал вытаскивать отдельные волоски из-под пуговицы.
- Наверное, лучше это мне самой сделать. Если ты рассердишь этих рыжих, они могут зверски искусать тебя.
Вулф сдался и засмеялся вслух, сознавая, что ведет себя, как дурак, но в этот момент был не в состоянии вести себя по-другому. Изо всех людей, которых он когда-либо знал, только Джессика так легко могла заставить его смеяться.
- С тобой не соскучишься, эльф.
Джессика улыбнулась и тронула Вулфа за руку. Эта легкая ласка заставила его отдернуть руку, однако он ничего не сказал. Освободив последний волосок, он подошел к столу и плеснул на руки чистой воды из кувшина. Стряхнув с ладоней капли, Вулф вернулся к Джессике.
- Не двигайся.
Он медленно провел влажными руками по волосам сверху донизу. Постепенно они легли послушными волнами.
- Дай мне щетку, - сказал Вулф.
Полос у него звучал низко, почти хрипло, глаза потемнели. Он слегка смочил щетку и начал работу с волосами. При этом, в отличие от горничной, он стоял не сзади, а перед Джессикой.
- Вулф!
- Да?
- Мои горничные стоят позади меня.
- Слишком много пуговиц. Не хочу разжигать аппетит.
Джессика взглянула на Вулфа, пытаясь понять причину появления бархатистых тонов в его голосе. Она затаила дыхание, увидев, что находится ближе к нему, чем во время того вальса в день двадцатилетия. Ей не нравилось находиться так близко рядом с другими мужчинами, но когда это был Вулф, она досадовала, что правила танца не позволяют ей прижаться к нему и ощутить его силу.