Выбрать главу

— Надо выяснить пару вопросов. Джонни не пожелал со мной разговаривать, пока рядом не будет Стенсена, но теперь, около вас, может, изменит свое мнение? Вот ведь поделился рецептом напитка… Я запомнил, надо будет как-нибудь попробовать…

— У вас хорошая память для копа, — устало съязвил Мартенс. — Ну так что?

— Один вопрос: вчера вы все время были вместе?

— Конечно, — кивнул Тино. — Все время.

Я взглянул на Барри:

— Вы согласны с этим?

— Разумеется, — подтвердил он. — Мы с Тино все время держались вместе, коп. Вы хотите навесить на нас убийство Ковски, потому что мы хорошо вписываемся в вашу версию, или что?

— Или что, — повторил я. — А у вас есть какая-нибудь идея насчет того, кто мог его убить?

— Конечно, — ответил Тино. — Парень по имени Уинтерманн. Он давно всячески пытается достать Тома, а в последнее время действует отчаянно. Проверьте его, лейтенант. Проверьте поточнее, чем он занимался прошлой ночью.

— И не возвращайся, коп! — холодно добавил Барри. — Своим видом ты портишь здесь пейзаж!

Я нашел Перл Сэнджер на крыльце. Она стояла, прислонившись спиной к стене, скрестив руки под высокой грудью. Завидев меня, спокойно попросила:

— Узнайте, не найдется ли для меня местечка в Христианском союзе женской молодежи?

— Хотите сказать, что не верите всем этим «прости и забудь» и поцелуям под звуки джаза?

— Я перестала верить всему, сынок, после того как Том залепил мне пощечину! — зловеще произнесла она.

Ну, что на такое ответишь? Промолчав, я спустился к своему «остину», развернулся вокруг «бьюика» и выехал на улицу. По дороге в город вдруг вспомнил, что еще не обедал, хотя уже было четыре часа. Поэтому, увидев вывеску ресторанчика «Цыпленок», немедленно завернул туда и заказал бифштекс, который поначалу показался мне великолепным. Я даже вспомнил, что видел его на картинке в каком-то журнале. Правда, с тех пор прошло уже месяца четыре, так что с уверенностью могу заявить: бифштекс такой выдержки — настоящий убийца. Впрочем, я не гурман и не слежу за переменами, которые постоянно происходят в еде. За ними не угнаться: то твердят, что протеины полезны, поскольку разгоняют кровь, то, глядишь, те же самые проклятые протеины начинают закупоривать артерии и — привет! Ты — покойник!

Чуть позже пяти часов я вошел в офис — Аннабел Джексон как раз убирала свою пишущую машинку. На меня она посмотрела глазами, затуманенными звездной пылью. Не знаю, какая вера одарила ее таким поразительным взглядом, но клянусь, этот взгляд способен сдвинуть с места горы. Под тонкой нейлоновой блузкой вздымалась грудь, а грудь у этой девушки, доложу я вам, сконструирована по всем правилам типичной для южан щедрости.

— Голубая мечта! — произнесла она хрипло, продолжая смотреть на меня обворожительными глазами. — Аполлон!

— Эй! — удивился я. — Какая муха тебя укусила? Хочешь сказать, что спустя столько времени наконец-то меня рассмотрела?

Мечтательность во взгляде вдруг рассеялась и сменилась горьким разочарованием.

— А, это ты, измученный Ромео! — с презрением сказала она. — Я не о тебе, я о том человеке, который сейчас у шефа. — Она драматическим жестом указала в сторону кабинета Лейверса. — Симпатичный, талантливый, выхоленный джентльмен…

— Шериф? — Я смотрел на нее во все глаза.

— Эл Уилер, ты самый настоящий слюнтяй, — устало заявила она. — Ты не способен даже поменять свою старую машину. Я говорю о человеке, который находится сейчас у него. — В ее голосе появился благоговейный трепет. — Пол Уинтерманн!

— И давно он здесь?

— Час и тринадцать минут, — выпалила Аннабел. — Вошел вон через ту дверь, посмотрел на меня и улыбнулся.

— А ты растаяла? — удрученно спросил я.

— Эл, у него в уголках глаз такие морщинки! У него такие прекрасные зубы!

— Сейчас надену солнцезащитные очки и пойду его рассматривать, — перебил я ее.

Я стукнул в дверь кабинета Лейверса и немедленно вошел.

В кабинете висела густая пелена сигарного дыма — кондиционирование воздуха в нашем офисе обеспечивали щели в полу.

— А! — воскликнул Лейверс с наигранным восторгом. — Вот и Уилер! — Потом уже другим, важным голосом произнес: — Лейтенант, а это мистер Уинтерманн.

— Лейтенант. — Уинтерманн протянул мне мускулистую руку. — Наслышан о вас.

— Шериф любит преувеличивать, — скромно заметил я. — Но я о вас тоже слышал. Вы — красавчик, голубая мечта каждой женщины.

— Уилер! — заклокотал Лейверс. — Ты что, спятил?

— Не я — ваша секретарша.

Уинтерманн скромно улыбнулся, рассеянно поправил галстук. Должен признаться, мне стало понятно, что имела в виду Аннабел — он был из тех парней, что выглядят абсолютно естественно. А провинциальные полицейские вроде меня обычно смахивают на низкопробных актеров, озабоченных поисками замужних женщин средних лет, с избыточным весом, увешанных бриллиантами.