Это ж надо было, так кота испугаться. То же мне, Чистильщица со стажем. Начала паниковать, даже не сообразив, что никакой Гнилью в квартире не пахнет. Хорошо, этого никто не видел. Иначе пришлось бы топить тела свидетелей моего позора в Лейне.
Под басовитое мурлыканье все страхи стали казаться совсем глупыми и несерьезными. Я бы с удовольствием оставила кота в квартире, чтобы он ушел так же, как и пришел, когда захочет. Но как представлю, что ночью он чем-нибудь загремит… У меня же все волосы поседеют до утра.
Чесанув Уголька последний раз, я поднялась и высунулась в окно. Окна в квартире генерала еще светились, значит он не спал и мне вполне можно было нанести ему визит. Набросив на плечи кардиган, подхватила кота на руки и пошла вниз.
Лен Алвус открыл сразу и улыбнулся, завидев своего любимца:
– Вот ты где, бандит.
– Зашел ко мне в гости, – постаралась ответить такой улыбкой, чтобы она не была похожа на оскал.
– Сола? – из-за спины генерала показался Тагриан, вытирающий волосы полотенцем. – Все в порядке?
– Да, я вот… кота принесла, – у меня вырвался нервный смешок. – Погостил и хватит. А то вдруг Снежинка будет ревновать.
Генерал хмыкнул и забрал Уголька. А я еще раз натянуто улыбнулась, пожелала спокойной ночи и смылась к себе, спать. Но не успела даже расстелить кровать, как послышался негромкий стук в дверь.
– Кто там? – спросила подозрительно.
– Это я, Риан, – ответил знакомый голос.
Я облечено выдохнула и открыла дверь. На пороге и правда обнаружился оборотень.
– Что-то случилось? – спросила, пропуская его внутрь.
– Нет, – он хитро улыбнулся. – Просто я решил, что буду спать здесь.
– В каком смысле? – я аж обалдела от такой наглости.
– Тебе небезопасно оставаться одной, – уже без улыбки ответил Тагриан. – И мне, и тебе станет спокойнее, если ты будешь под присмотром.
– Под присмотром… – пробормотала себе под нос.
Если бы он пришел с таким предложением час назад, я бы еще поспорила, отстаивая свою независимость. Но пережитый по вине Уголька испуг показал, что я совсем не такая храбрая, какой хочу казаться, да и квартира моя – совсем не крепость. Поэтому просто кивнула:
– Ладно, оставайся.
Вот только куда Тагриана положить? На пол класть – жестоко, он же искренне беспокоится обо мне. На диван двухметровый оборотень не влезет, а кровать у меня только одна, хоть и широкая. Не то чтобы меня волновали какие-то приличия, просто не хотелось выглядеть в глазах этого мужчины как-то не так.
Но Риан сам разрешил мои сомнения. Он понимающе улыбнулся и вдруг обернулся волком. Пробежал по квартире, обнюхивая углы, потом улегся на коврик у кровати и положил голову на лапы.
– Э-э-э, – я растерялась. – Ну… может это уже крайность? Разве так удобно?
Волк насмешливо фыркнул и прикрыл глаза, показывая всем своим видом, что очень даже удобно. Но все же мне не позволила совесть оставить его просто так. Я достала из гардеробной толстое зимнее одеяло и аккуратно разложила на коврике.
– Наверное, тебе будет лучше здесь, – пробормотала, чувствуя себя донельзя глупо.
У меня возле кровати лежит мужчина и я стелю ему покрывало, как домашнему псу. И как мы дошли до жизни такой?
Тагриан снова фыркнул, поднялся, потерся боком о мое бедро и послушно улегся на одеяло.
– Ну… доброй ночи, – сказала я, нырнула в кровать и погасила свет.
А ночью до нас дошла гроза. Меня разбудили громовые раскаты, шелест капель по крыше и холод. Через окно, которое осталось приоткрытым, врывался холодный влажный воздух. И мне бы встать, закрыть его или поискать одеяло потеплее, но я болталась в том самом состоянии полусна-полуяви, когда категорически не хочется делать абсолютно ничего.
Я лениво повернулась на бок и натянула одеяло чуть ли не на нос, чтобы стало теплее. Но потом сквозь сон ощутила, как пружины матраса негромко заскрипели и ко мне прижалось что-то больше, меховое и очень теплое.
– Мог бы просто закрыть окно… – пробормотала, запуская пальцы в густую шерсть, приятно пахнущую лесом.
Над ухом насмешливо фыркнули. А я довольно зевнула и погрузилась в сон.
К утру гроза утихла. В квартире было очень свежо, как всегда бывает после весеннего дождя. Но я не замерзла. Потому что со спины ко мне прижималось горячее мужское тело.
Я глянула на часы, показывающие семь утра, потом скосила глаза на руку, которая нагло обхватывала меня поперек груди. Так правильно, естественно обхватывала. Да и вообще, близость мужчины, которым по сути был мне практически незнаком, не вызывала ни отторжения, ни неприятия. Совсем не хотелось подрываться и устраивать скандал или спихивать бесцеремонного захватчика с завоеванных постельных территорий. Скорее наоборот, мне хотелось прижаться как можно плотнее, чтобы еще больше усилить это ощущение тепла и уюта.