Выбрать главу

Поговорив, Волков извиняющимся тоном попросил меня закончить беседу, так как его вызывают к руководству. Я особенно не огорчилась.

— Спасибо за уделенное время, Олег Романович. Надолго не прощаюсь. Всего доброго!

— Всего хорошего, Татьяна Александровна! Буду рад встрече, — нагло соврал он и закрыл за мной дверь.

Глава 2

Я села в машину и позвонила Насте.

Девушка моментально сняла трубку, словно только и ждала моего звонка.

— Да, Татьяна! Уже нашли что-нибудь? — взволнованно спросила она.

— Настя, прости, но я занимаюсь этим делом только три часа. Так быстро даже кошки не родятся. Но ты мне можешь помочь ускорить расследование.

— Что я должна сделать? — с готовностью спросила девушка.

— Вам уже объявляли завещание?

— Ммм… я не в курсе, мне никто ничего не говорил. Это мама должна знать.

— Маму оставим на потом. А скажи, Настя, у вас есть семейный адвокат?

— Есть. Папа не так давно приглашал его в гости к нам в коттедж. Они долго что-то в кабинете обсуждали. Я запомнила, потому что папа, когда представлял его нам с матерью, что-то такое упомянул, вроде «приводит в порядок мои дела».

— Отлично! Назовешь его имя и фамилию?

Настя на несколько секунд задумалась.

— Имя — Борис, это я точно запомнила… А фамилия… не помню, чтобы папа ее произносил, — расстроенно закончила Настя.

— Ну что ж, это уже кое-что, — подбодрила я девушку.

У меня возник шанс обрадовать следователя Волкова.

Я вышла из машины, подошла к крыльцу РОВД и закурила.

Мой расчет отказался верным, меньше чем через минуту из фойе вышел Олег Романович собственной персоной. Видимо, пронаблюдал в окно, как я сажусь в машину, и пошел ни к какому ни начальству, а утолять никотиновый голод.

Я помахала ему, расплывшись в лучезарной улыбке.

Волков обреченно прошествовал в мою сторону.

— Как хорошо, что я вас застала, Олег Романович! — Я положила руку ему на локоть. — Мне от вас еще одна услуга нужна. Небольшая.

— Да я вроде… уже, чем мог…

— Да-да, но вот еще какое дело. Мне нужно переговорить с Борисом — адвокатом Андрея Анатольевича. Завещание уже огласили наверняка?

Следователь растерянно пожевал губами, потом промямлил:

— Это конфиденциальная информация, я не могу…

— Прекрасно можете, Олег Романович. — Я приблизила к нему лицо, так что со стороны можно было подумать, что мы собираемся поцеловаться.

Бедняга слегка отклонился, но не мог же он отбиваться от меня в присутствии дымящих на крыльце коллег, которые уже и так с интересом поглядывали в нашу сторону.

— Олег, я все равно добуду его контакты, вы же понимаете! Просто с вашей помощью будет быстрее. А вы же согласились мне помогать, правда?

Через минуту я уже трогала с места свою машину, направляясь в адвокатско-нотариальный офис, расположенный за несколько кварталов от здания РОВД. Попутно я созванивалась с поверенным Андрея Павлова, чтобы договориться о встрече.

Борис Львович Белорецкий оказался импозантным мужчиной лет пятидесяти пяти. Мне повезло — наступало время обеда, и мы вместе отправились на бизнес-ланч в соседнее кафе. Повезло еще и в том, что у нас с ним нашлось несколько общих хороших знакомых, и моя репутация была адвокату неплохо известна. Поэтому на контакт он пошел легко, чего никак нельзя было сказать о следователе Волкове. Там даже авторитет начальства с трудом помогал. Уж очень осторожничал Олег Романович, боялся, видимо, теплое местечко потерять. В госорганах оно так — нужно ухо востро держать.

Борис Львович поведал мне много интересного:

— Я с Андреем давно знаком, это был очень хороший человек. Совершенно не вписывался в образ «нового русского» из девяностых. Воспитанный, уравновешенный, можно сказать, интеллигентный.

Говоря это, Белорецкий внимательно посмотрел на меня поверх очков.

Взгляд был пристальный и абсолютно бесстрастный.

Признаться, под этим взглядом я почувствовала себя несколько неуютно, словно под снайперским прицелом. Хотя вполне возможно, что сам адвокат и не подозревал о подобном эффекте собственной манеры смотреть на своего собеседника. Этот взгляд выработался у Белорецкого за долгие годы профессиональной деятельности, адвокат привык моментально распознавать, с кем, собственно, имеет дело.

— Насколько я понял, текст завещания Андрея Анатольевича тайной для вас уже не является, — Борис Львович произнес это таким тоном, что я не стала бы возражать, даже если бы дело обстояло иначе.