Выбрать главу

Лёня на этот раз оказался более инициативным. Он следовал по пятам и постоянно давал важные целеуказания. Важные, конечно, по его мнению.

– Правей…правей… левее… Борь, это он пёрнул или ты? Я слышал, трупы начинают… ну… ты понимаешь. Так что… осторожнее.

«Да завали ты уже!», – подумал Боря, вспотев за какие-то двадцать шагов так, как не успел по дороге в гараж.

А затем Боря понял, что дыхалка сбивается. Оно может и к лучшему, так как на языке столько всего для соседа по гаражу вертится. А они ещё и к общей дороге гаражной не вышли. Из закутка своего только выбраться пытаются.

«На кой чёрт только в эти гаражи поперлись?» – буркнул внутренний голос.

Сделав ещё пару шагов, тут дед показался. Без санок, правда. Что ему от соседей понадобилось, он тут же забыл. Так как сам за сердце схватился, едва о новой «должности» только что назначенного коллективом охранника узнал.

– Свят! Свят! Свят! – заявил дед и тоже перекрестился. А затем тоже начал советы давать. – Боря, а ты чего его несёшь? Волочи. Так лучше будет.

Мнение коллектива оказалось определяющим. Так как уже двое были против одного носильщика. И Глобальный вынужденно смахнул труп с плеч в снег. Но куртка зацепилась за висюльку на плече и замок разъехался в разные стороны. А при попытке тащить за руку, Лёня тут же непреднамеренно раздел Максима Витальевича.

Но вину свою не признал и тут же заявил:

– Да зачем ему теперь куртка? Так хотя бы скользить больше не будет.

Боре было уже всё равно. Он схватил за ноги и поволок к воротам. Они даже выбрались к общей дороге, и из второго закутка на них тут же пара мужиков уставилась.

– О, а Мася всё что ли? – заявил один.

– Так это что получается, проводить надо? – добавил второй, трагически вздохнул, снял шапку и… вернулся обратно в гараж, куда быстро проследовал его сосед.

«Ёбанные помощники», – подумал Боря и тут же пообещал себе, что всех, кто умрёт следом, просто будет скидывать в овраг, а не тащить к остановке.

От него уже валил пар. А от пота на лбу слепило глаза. Но тут дед, который теперь шёл рядом с Лёней, только с другого края, подал дельную идею:

– Слушай, а чего мы его тащим?

Так и сказал – «мы тащим».

Лёня кивнул, сразу согласный. А дед тут же продолжил мысль:

– А давайте у камазчиков прицеп возьмём, ну или самого его привяжем и на верх в мгновение домчим.

Лёня завис, глядя вдаль. Ещё дальше, чем бежала мысль. Но тут Боря рухнул у ворот, даже не обращая внимание на мужиков у первого закутка. И дал понять, что дальше никуда «не повезёт», пока к согласию не придут.

Дед тут же показал Лёне направление по типу «Иди туда!» и выдал свое целеуказание на предмет «спроси Петровича, он знает».

Пока Боря шапку от пота выжимал и труп к шлагбауму пристроить пытался, Лёня довольно бодро по уже не раз хоженой тропинке поднялся к гаражам и мастерской и растворился среди высоких и широких гаражей. Его не было минут пять. Но обратно он вернулся в кабине грузовика.

КАМАЗ, правда, оказался без прицепа. Но опытный водитель спустился по дороге к шлагбауму задом, а затем открыл окно и кинул Боре верёвку. И со словами:

– Ну чего сидишь? Привязывай, – тут же дал понять, что сам из кабины в снег выбираться не собирается. Помощь помощью, но кто водит грузовики, тот и прав.

Боря хмыкнул, почесал нос и недолго думая, привязал верёвку бывшему председателю за ногу. Лучше бы за две, за не перевязывать же уже. А хорошая мысль всегда после плохой приходит. Но второй конец верёвки он тщательно зацепил за грузовик.

Лёня только из кабины вылез, завалившись в снег, как КАМАЗ взревел мощным мотором и рванул вверх по дороге. А труп за ним как миленький покатился без всяких санок, волоков и подложек.

Всё бы ничего (доставка есть доставка), но труп по пути наверх ногами разъехался в разные стороны и вдруг… материться начал так, что дед тут же в обморок упал. А Лёня так ржать начал, что вскоре от смеха того обоссался, не успев ничего извлечь из штанов.

Сам же Боря рванул следом за КАМАЗом как спринтер с низкого старта и только водителю успевал махать. А тот за сугробами не видит ничего. Петляет дорога. Только знай себе, на газ давит.

Максим Витальевич воскресший ему орёт в голос, порой на одной ноге прыгает, но по зиме кабину утеплили что надо. Хоть из пушки стреляй, не услышишь. Вложился Петрович в КАМАЗ свой. И пусть другие завидуют теплу и тишине внутри.

Так бывший председатель последние семьсот метров прямо до остановки на своём заду и проехал, раза четыре всего на шпагат сев балеринам на зависть. Хоть до этого и не умел ни разу.

Но жаловаться – некому. Если бы не поджидавшая «труповозка», Боря того председателя следом бы и порешил, нагнав. А так только кулак показал, под нос сунув и пообещал, что если ещё раз в гаражах их Максим Витальевич появится, обратно своим ходом к остановке уже не вернётся.

В общем, не прижился в ту зиму в их кооперативе ни дворник, ни охранник. А Лёне домой пришлось топать без нижнего белья. Но история того стоила.

Некоторых из мужиков даже цены на гаражи в ту зиму повысили, указав, что рядом «место силы» и люди там воскресают на раз.

А врачей с какой-то непонятной «гипервентиляцией лёгких» и последующим выбросом адреналина в кровь кто слушать будет? Несут какую-то ересь и сами не понимают, что толком случилось.

В гараж Боря вернулся уже без сил и проспал до самого вечера.

Глава 19 - Гость из прошлого

Боря проснулся от шороха на первом этаже. Приподнялся на локте и тут же скорчился от боли. Пресс болел. А рука вообще, как не своя. Зачем столько копать, когда придумали экскаваторы и гастербайтеров?

Внизу горел свет, пробиваясь наверх. На мансарде темно. Погасил всё перед тем, как отключиться. Всё-таки хорошей идеей было провести кнопочный выключатель. Даже тянуться не надо. Рухнул – щёлкнул – спи. Когда остаются силы, чтобы добраться до выключателя или хотя бы тянуться – значит хренова работал.

По ступенькам кто-то загромыхал, вновь отвлекая от дрёмы. На кота или пса это походило мало. Очевидно, что человек забрался и теперь в образе ниндзя пробирается между стеной и автомобилем впритирку. Но живот мешает. Или сумки.

«Лёня что ли переоделся сходил?» – прикинул внутренний голос: «Или Витальевич бессмертие почуял? Дед вроде с санками слинял давно. Хотя сколько сейчас вообще времени? На телефоне время догадаться поставить не успел. До симки ещё и в помине не добрался. Всё как-то не туда пошло, не в том русле потекло».

Осматриваясь и стараясь определить время суток, Боря готов был увидеть многих людей в проёме, от Степаныча и Натальи до Шаца и даже Моисей Лазаревича. Благо он всегда появлялся или давал о себе знать в самый неожиданный момент.

Но когда там вдруг показалась кудрявая рыжая голова с париком, Глобальный даже несколько смутился.

– Боря! – заявила та самая голова самым наглым образом.

«Вот же колобок бесстыжий!» – даже возмутился внутренний голос: «и чего к нам прикатился?»

Сморщился, приглядываясь. И скорее по голосу, чем по виду, хозяин гаража признал Снежану постаревшую. Объёмная проститутка, почесав под париком, что одновременно служил, и шапкой, и прикрытием красот, в ответ даже не улыбнулась. Только преодолела последние ступеньки и оказалась рядом с кроватью.

Ей не нужно было вглядываться во тьму, чтобы определить наличие Бориса в гараже. Она сердцем чуяла! О чём тут же и заявила:

– А я ведь как знала, что ты сегодня здесь будешь. Чую, в снежном плену как в водяном, сидишь, – добавила она, пока Глобальный пытался прийти в себя и только-только спросонья подходящие слова подбирал.

Мол, развела их жизнь. Её, значит, в пучину падения горизонтального. А его наверх, стоками вынося как морскими волнами на вершину успеха. Но если кто вздумает смыть властной рукой, то снова покатится жизнь в тартарары.