— Мы же будем абсолютно одни!
— Да какая разница! — воскликнул Бен. — Если она скажет, что это «как-то все неправильно», тебя не спасет даже то, что вы будете одни!
— Она несколько недель водит меня за нос, это нечестно, — пожаловался Дино. — А это отличный шанс. Вы что, хотите, чтобы я навсегда остался девственником?
Он смог убедить Бена и Джона, но с Джеки все было гораздо сложнее. Как только она услышала про то, что родители сваливают, она тут же захотела устроить тусовку. Дино насупился.
— Что? — удивилась она.
— Просто мы же можем остаться совсем одни, только ты и я.
Джеки закусила губу и посмотрела на него.
— У тебя будет больше шансов затащить девчонку в постель, если она немного выпьет, — сказала она и хитро улыбнулась.
— Тусовка будет!! — заорал Дино.
5
Только в трусах!
Дино постепенно осознавал, что, хотя он и жил вместе со своими родителями больше шестнадцати лет, он ничего о них не знает. О чем они думали, что чувствовали? Когда-то давно они рассказывали ему сказки и вытирали слезы, а он посвящал их во все свои детские тайны, — но какие тайны были у них? Они могли запросто оказаться секретными воздухоплавателями или уроженцами Уэллса, замаскировавшимися под английским акцентом. Было понятно, что вся их жизнь и переживания связаны с ним, его братом и друг с другом, но было что-то еще. Картина его матери в окне, целующейся взасос, словно школьница, яркой вспышкой перевернула все его представления о родителях. Они были не просто его предками. Они были друзьями и любовниками, изменниками, обманщиками и влюбленными. У них было множество ролей.
Интересно, они любили жизнь? Или им уже давно все надоело? Могло быть по-разному. Или они просто запутались? А смотрятся ли они в зеркало, когда занимаются этим? Занимаются ли оральным сексом? Конечно, он и раньше думал об этом, но как-то мимоходом, ради прикола. Сейчас, к своему ужасу, он заметил, что задумался над этими вопросами серьезно. После того как он увидел мать в объятиях чужого мужчины, она превратилась вдруг в сексуальный объект. От этого становилось жутковато, но он не мог ничего поделать с собой и своими мыслями. Казалось, что это происходит с ним помимо его воли.
Когда раньше он думал о своих родителях и сексе, в голову приходило выражение «заниматься любовью» — все так по-взрослому, пристойно и чинно. Но было совсем не похоже, что его мать хочет того же от Дейва Шорта, тут уже речь шла о настоящем трахе.
На той же неделе Дино пробрался в спальню к родителям, чтобы найти вещественные доказательства. Он обшарил все ящики и даже залез под кровать в поисках чулок и кружевных подвязок, вибраторов, порнографии, членских карт в клуб свингеров, прозрачных бюстгальтеров, вазелина — да чего угодно! Он не нашел ничего, даже презервативов. Сердце у него упало. Скоро они будут спать в разных кроватях. Он чувствовал себя отвратительно.
С другой стороны, ну что с того, что его мать завела интрижку? Все люди так делают — об этом пишут в газетах и показывают по телику. Все только этим и занимаются — усердно занимаются сексом, как будто без этого земной шар перестанет вертеться. Кому какое до этого дело? И в конце концов — откуда он мог быть уверен, что между его мамой и мистером Шортом действительно что-то было? Ведь ему могло это показаться… Как всегда бывает в фильмах — он мог не разглядеть, что действительно происходило в тот вечер перед окном. Мать вместе с Дейвом Шортом могла заниматься кучей невинных вещей: она могла показывать ему свои украшения, рассматривать царапину у него на носу, попросить его поправить ей блузку… Он был так поглощен мыслями о Джеки, что мог просто вообразить все эти поцелуи, груди, страстные руки… Все могло быть ошибкой. Тогда это прекрасно объясняло, почему мать так и не поднялась к нему в комнату для разговора в тот вечер.
Но у этой версии было одно слабое место: получалось, что в его голове гнездятся какие-то больные фантазии. Это был признак сексуального возбуждения, да еще по отношению к своей собственной матери. Он подумал было поговорить с ней об этом, но потом понял, что это невозможно. Он мог бы посоветоваться с Джеки, но не имел ни малейшего представления о том, как это лучше сделать. Она должна была прийти к нему в пятницу, после того как его родители уедут, чтобы помочь подготовить все к тусовке. Возможно, тогда и надо будет с ней поговорить — как-нибудь между делом завести беседу. Она наверняка поймет, в чем дело. Он даже мог представить, что она скажет…
«Ну, это наверняка была репетиция школьного спектакля… Она показывала ему свою брошь… блузку… У нее оторвалась пуговица на блузке, и он помогал ей ее найти… А ты думал, что они целуются! Дино, ты испорченный мальчишка!»