Не спеша и нежно, и между ними было так много невысказанных слов. Адам лежал на спине, а Саймон нависал над ним, раскачиваясь и толкаясь в него… о боже, так медленно. Их руки касались лиц друг друга, пока они покрывали их ласковыми поцелуями, заполняя тишину тихими стонами и шепотом.
А я просто смотрел...
Это было прекрасно.
И едва не разбивало мне сердце.
В горле образовался ком, а внутренности скрутило в узел. Слезы жгли глаза и, вероятно, покатились бы по щекам, если бы не Адам. Он кончил со сдавленным криком, вскинув колени выше, и его пальцы впились в Саймона, когда оргазм прокатился по нему волной и растекся теплом между их телами.
Мне захотелось встать и выйти из комнаты. Это была та доля секунды, когда вы колеблетесь, а тело не делает то, что велит ему разум. Я хотел уйти. Хотел оставить их наедине, подарить им этот момент. Я просто не мог смотреть на то, что у них есть, потому что у меня такого никогда не будет. Хотелось убежать и спрятаться, кричать и плакать, хотелось врезать своему бывшему любовнику за то, что он никогда не любил меня так.
Мне хотелось... хотелось...
— Остановись, — голос Адама был едва слышен, но Саймон сразу замер.
— Детка, что случилось?
— Уил? — Адам повернул ко мне лицо и блаженно улыбнулся.
— Что? — я с трудом соображал.
Адам посмотрел на Саймона, который склонился над ним, все еще находясь внутри его тела.
— Я хочу, чтобы Уил присоединился к нам. Так будет правильно.
Какая-то неясная эмоция промелькнула на лице Саймона, но он медленно вышел из Адама и, приподняв его ногу, помог ему перевернуться, чтобы встать на колени. Адам похлопал по кровати, приглашая меня лечь перед ним.
Вся моя сила воли, побуждавшая выйти за дверь и оставить их наедине, просто испарилась. Я снял рубашку и шорты и, не успев моргнуть, опустился на колени перед ними. Адам повалил меня на спину, вытащил ноющий стояк из моих трусов и взял в рот. По стону, который резонировал в его горле, и по тому, как голова Саймона откинулась назад, я понял, что Саймон снова внутри Адама.
— О, черт! — Адам на миг оторвался от моего члена. — Сай! Да, именно так!
Адам урчал, стонал и лизал меня снова и снова.
— Ммм… Уил, обожаю твой вкус, — а потом он снова глубоко заглотил мой ствол.
Адам начал раскачиваться в унисон с толчками Саймона, и мой член трахал его рот с каждым подходом. Саймон лег на спину Адама, склонившись прямо над ним и положив руки ему на плечи, покачивая бедрами, заставляя его стонать вокруг меня. Голова Адама была низко опущена, пока он отсасывал мне, мы с Саймоном встретились взглядом, и он вперился им в меня. Голубые глаза, темные и напряженные, ни на миг не выпускали из своего плена. Саймон тяжело дышал и стонал, однако продолжал не отрываясь смотреть на меня. Его глаза, этот взгляд…
Я просто не способен был разорвать наш зрительный контакт. Даже когда возбуждение возросло до предела и жар удовольствия начал быстро расползаться по моему животу и позвоночнику, я не мог отвести глаз от Саймона. Он смотрел на меня так же, как…
...как он смотрит на Адама.
Запрокинув голову, Саймон кончил с почти беззвучным криком. Я видел, как его грудь вздымается и опадает, а мышцы напрягаются, слышал, как Адам стонет, пока Саймон кончает в него. Все мое тело содрогнулось, и ощущения, слишком совершенные и сильные, чтобы сдержать их в себе, прокатились по мне волной. Адам снова застонал, когда я излился, заполнив его рот горячим и обильным наслаждением.
Потом мы упали в кучу и лежали втроем, сплетенные друг с другом, как обычно...
Но теперь все было по-другому.
Было тихо. Никто не смеялся, никто не шутил, никто не произнес ни слова.
Что-то произошло между нами, что-то изменилось. И не я один это чувствовал.
Саймон встал с кровати и вместо того чтобы привычно пойти в ванную, молча натянул трусы, а затем брюки. Адам, который прижимался к моей груди, повернулся, чтобы посмотреть на него.
— Что ты делаешь?
— Собираюсь домой, — Саймон продолжал одеваться. — Не ночевал дома больше недели.
— Что? — прошептал Адам. — Сай, нет. Останься здесь, пожалуйста.
Саймон был уже в рубашке.
— Все в порядке. Можешь остаться, если хочешь, — сказал он напряженно, и мне стало предельно ясно, что все далеко не в порядке. Наклонившись, Саймон поцеловал Адама в губы. — Люблю тебя.
Адам приподнялся, и, клянусь, я слышал, как неистово колотится его сердце. Как будто он должен выбирать между мной и своим парнем.
— Сай…
— Все хорошо, — наконец заговорил я, не желая, чтобы Адам думал, что должен щадить мои чувства. — Адам, тебе лучше пойти с Саймоном. Ты ведь тоже больше недели не спал в своей постели. Вы, наверное, соскучились.