Начинает он с самого опасного – Ника. Тот пытается вырваться, но без особого энтузиазма. Птичник даже не напрягается, когда ведёт его к палате, Ольга поджимает губы, и пьеса вроде окончена, но она решает оставить последнюю реплику за собой.
– Мог бы и не орать. Ничего твои угрозы не стоят!
Это она зря.
Ольга не видела, на что способен Ник. Я знаю, и Птичник с санитарами, и Эда – несколько шрамов она не сама себе оставила. Но не Ольга.
Лучше бы молчала, отстранённо думаю я, когда Ник проносится мимо. Птичник не может успеть за ним, Марго визжит, а я наконец могу закрыть глаза. Ольга на полу, Ник, нависший над ней с звериным оскалом на лице, – последнее, что я вижу.
Дверь бьётся о косяк.
– Эй, можешь смотреть, – зовёт сестра.
Приоткрываю один глаз, чтобы увидеть, как санитары скручивают Ника, а Птичник пытается им помочь. Появляются шприц и смирительная рубашка. Ольга закрывает лицо и беззвучно всхлипывает.
Ника тащат вниз, к клетке. Марго поправляет очки дрожащими пальцами.
– Это я нажала тревожную кнопку, – почти шепчет она. – У вас часто такое?
Птичник тяжело вздыхает, одёргивая халат.
– Чаще, чем хотелось бы, – признаёт он.
Я готова облегчённо вздохнуть и даже разрешить Птичнику запереть себя в палате. Но снова открывается дверь и появляется Хриза.
У неё усталый вид. В смысле, более усталый, чем обычно.
Ольга всё ещё тихо плачет, и Птичник берёт её за плечо, мягко тянет за собой. Хриза кивает ему, смотрит на меня, сестру и Марго, и задаёт самый глупый вопрос, который только можно придумать:
– Что у вас случилось?
Даже за очками видно, как в глазах Марго вспыхивает искра.
– Вас то я и ждала! Тут в мою палату нагло залезли, но об этом потом. Давайте лучше поговорим о схемах лечения, которые я вчера написала. Пациенты как раз все заперты, ну, кроме неё, – она кивает в мою сторону. – У вас должно быть время.
Хриза с отстранённым видом смотрит на меня. У неё сегодня яркий полосатый шарфик и волосы в особенном беспорядке.
– Боюсь, в этом нет смысла, – отвечает она. – Я ценю ваш энтузиазм, но у вас нет права вводить свои схемы. Сначала нужно получить диплом, потом набрать несколько лет практики.
Она звучит как нудный учитель или заботливая мамочка.
Я даже понимаю, почему Марго снова начинает злиться.
– Но мне же нужно сделать что-то полезное! У вас тут экспериментальная больница, так дайте мне хотя бы одного пациента, и я над ним поэкспериментирую. Вот, например, её, – она снова показывает на меня.
– Эй, не пошла бы ты, – встревает сестра.
Хриза пытается сделать какой то жест, но роняет блокнот.
– Нет, – отвечает она, пока бумажки разлетаются по полу. – Я не могу.
Хоть за это ей спасибо, не отдала меня на растерзание Марго.
Хриза же продолжает:
– Лечение это моя работа. Вот когда вы доучитесь, тогда обязательно.
Марго прячет руки в карманах халата, но я всё равно замечаю, что она сжимает кулаки.
– Вам лучше дать мне пациента, – говорит она.
– Вы что, пытаетесь мне угрожать?
– Нет. Я просто расскажу всё комиссии.
Мы с сестрой тут же прислушиваемся.
Хриза вскидывает брови и тянет за край своего шарфа.
– Простите, я не понимаю.
Марго вздёргивает подбородок. Наступил её звёздный час. Наконец-то все к ней прислушиваются, даже Хриза, даже моя сестра.
– Я видела, как вы пьёте капсулы. А ещё нашла упаковку от них в вашей мусорной корзине. Врач, сидящий на стимуляторах, как только в комиссии узнают, вас закроют! Лишат лицензии, выгонят из медицины! – останавливаться она не собирается. – Все узнают, что вы наркоманка, вас ни в одну больницу не возьмут! Даже утки выносить не разрешат!
Теперь и мне стало нервно. А Хриза слушает с абсолютно спокойным видом. Только ладонь комкает ткань шарфа.
– Если вы не дадите мне пациента, завтра же утром пойду! – Марго откидывает назад волосы и вызывающе смотрит на Хризу.
Я не совсем понимаю, что происходит, но звучит это серьёзно.
Хриза может уступить нас двоих Марго. Просто чтобы та просто прекратила орать. И знаете, я её понимаю. Это даже малая цена за спокойствие.
Но Хриза только пожимает плечами с тем же спокойным видом.
– Вперёд. Только завтра суббота, учтите. В отделении не будет никого, кроме нас.
– Тогда, в понедельник утром! – если Хриза и хотела смутить Марго, то получилось так себе.
Снова пожав плечами, Хриза удаляется с поля боя. Марго, покосившись на нас, с сестрой, скрывается в девятой. Поворачивается в замке ключ.
Свой блокнот и бумажки с записями Хриза так и не подняла.
Я собираю их с пола. Наша врач уже ушла вниз, но оставила открытой дверь. Я нахожу её на лестнице, между двумя пролётами – она опёрлась на перила и смотрит в стену, совсем как Кит.