Накупив книг, Ася зашла в кафе перекусить, потом, поколебавшись, еще в магазин – за купальником. Стыдно сказать, третий день на море, и ни разу не искупалась! Конечно, подготовка филиала их фирмы к открытию отнимала массу времени, но вечера-то свободные! Да и вообще, она ведь так мечтала о море!
В общей сложности она провела в торговом центре часа два. Когда вышла, на смену оглушающей жаре уже пришли мягкие приморские сумерки. Вокруг начинали зажигаться огни рекламы и ресторанных вывесок, улицы постепенно заполнялись отдыхающими. А ее ждет пустой гостиничный номер!
Погруженная в свои невеселые мысли, Ася побрела к остановке, как вдруг сзади послышалось шумное дыхание бегущего человека, и ее схватили за локоть. Обернувшись, Ася с удивлением увидела…Мишиного папу. Отдышавшись, он прижал руку к груди и сказал:
- Простите, можно с Вами поговорить? Только пойдемте к машине, там Мишка взаперти.
Ася безропотно последовала за ним, недоумевая, чего он хочет. Остановившись возле солидного внедорожника, на заднем сиденье которого спал, в обнимку с плюшевой игрушкой, Миша, мужчина откашлялся и сказал, избегая встречаться с Асей глазами:
- Вы меня простите, ради бога, за то, что я на Вас накричал! Я жутко перепугался, когда сын исчез, весь центр оббегал, напридумывал невесть что! Вот и сорвался!
Ася осторожно прикоснулась к его плечу и мягко сказала, чувствуя, как ее плохое настроение уходит:
- Я понимаю. И принимаю ваши извинения! Слава богу, все обошлось...
И тут до нее дошло.
- Вы что, все это время меня ждали?
Он пожал плечами:
- Ну, в общем, да. Мне так неловко было! Малой все равно уснул, наплакался, бедный, а возвращать мне его к десяти.
- Возвращать? – не поняла Ася.
Он досадливо поморщился:
- Отвозить к матери. Я, к сожалению, как нынче принято говорить, воскресный папа.
Ася, к стыду своему, поняла, что у нее эта новость вызывает, скорее, не досаду, а непростительную радость. Значит, он разведен, сероглазый папаша?
- Понятно, - неловко сказала она. Здравый смысл услужливо ей подсказал, что тема исчерпана, можно разворачиваться и уходить, но она продолжала стоять, ожидая непонятно чего. Мужчина встрепенулся и сказал:
- А Вам куда? Можно я Вас отвезу? Хоть как-то свою вину заглажу!
- Да хватит Вам извиняться! – улыбнулась она.
- Так можно?
- Мне к «Лазурной».
- Отлично, нам по пути!
Она села вперед, стараясь как можно тише прикрыть дверцу машины, но мужчина, увидев ее манипуляции, улыбнулся:
- Не бойтесь, он, если уснул, хоть из пушки стреляй! Я его так домой на руках и отношу, спящего!
Ехали они молча. Возле гостиницы остановились. Ася бросила взгляд назад:
- Славный у вас мальчик!
- Да, только не ожидал я от него такого!
- В смысле?
- Вы представляете, он мне признался, что там, в центре, сбежал от меня специально. Хотел посмотреть, буду ли я его искать.
- Господи, зачем?
Мужчина сжал губы:
- Да потому что мать его, дура, прости господи, втемяшила ему, что я его бросил, забыл и уже не люблю. Вот он и проверял. А, ладно, ни к чему эти подробности. Неприглядная это картина, когда бывшие супруги друг друга грязью поливают, правда?
И, не дав ей ответить, продолжил с горячностью:
- Одного я не понимаю, зачем ребенка-то в это впутывать!!
Ася молчала. Она понимала, что ничего не знает ни о его бывшей жене, ни о причинах их развода, но была согласна с ним в том, что рассказывать маленькому ребенку гадости об отце – ни к чему. Тем более ситуация была ей слишком знакома. И в который раз за день она подумала, какая же у нее мудрая мама, что никогда ни одного дурного слова не позволила высказать в адрес отца, хотя, как теперь Ася понимала, сказать было что. Она вздохнула:
- Я искренне желаю, чтобы у вас все наладилось! Страсти улягутся, может, получится договориться! У вас все-таки общий ребенок.
- Да, конечно, Вы правы, - согласился он, и впервые за все время посмотрел ей прямо в глаза. У Аси замерло сердце. Ей вдруг захотелось уткнуться в его плечо, обнять и пожалеть. Что же это такое творится!! Какое-то время они молча смотрели друг на друга, и воздух вокруг, казалось, скоро начнет искрить. Потом она опомнилась и заставила себя попрощаться. Он вышел из машины проводить ее до ступенек: