– А? – грозный самец как бы очнулся и удостоил партнершу мимолетного взгляда. – Ты еще здесь?! Я же сказал: отвали! Позови ко мне толстуху.
– Она старая, глупая и не умеет доставить удовольствие! – раздался в ответ страстный шепот. – Она тебе не понравится!
– Угу, а ты, значит, умная… Кажется, я спросил, говорят эти ханди или нет?
– Не знаю!
– Иди отсюда! – вяло отмахнулся я. – Не зли!
– Те, кто живет у нас долго, понимают некоторые слова!
– Да? А какая из ханди находится здесь дольше всех? Кого поймали раньше?
– Зачем тебе?..
– ?!!… – Многозначительного взгляда хватило для продолжения диалога.
– Вон та старуха горбатая! Она тут была всегда!
– Ее имя (обозначение)?
– Тоб-лу, кажется…
– Приведи ко мне – прямо сейчас, – потребовал я. – Желаю говорить с ней!
Гаани кинулась исполнять приказание. Заказ был доставлен буквально через пару минут – разъяренная неандерталка пинками гнала перед собой пожилую кроманьонскую женщину. Передо мной она схватила ее за волосы и мощным рывком поставила на колени – в «позу подставки».
– Возьми ее!
– Ага, вот сейчас все брошу… – пробурчал я. – Гаани, любимая, кажется, я объяснял тебе, что в нашей земле ханди не водятся. Мне нужно все узнать о них, чтобы рассказать моим людям, когда вернусь.
– А ты заберешь меня с собой?
– Разумеется! Какие могут быть сомненья?! А сейчас не мешай!
– Не буду…
– Встань! – приказал я кроманьонке и величественным жестом почесал пах. – Ты понимаешь язык людей?
– Понимаю…
– Это – хорошо, – удовлетворенно кивнул я. На глаз этой полуседой старухе было, наверное, слегка за тридцать. – Ты давно живешь среди людей?
– Меня привели еще до первой крови.
– Нормально… – буркнул я, пытаясь вспомнить, что говорит наука о том, в каком возрасте у древних кроманьонок начинались месячные.
– Расскажи, как ты попала в плен, как попала к людям.
– А ты разве?..
– Нет! – рявкнул я. – Не буду делать с тобой таг-таги! Не надейся!
Женщина сразу как-то сникла. Это было понятно – соитие с таким высокоранговым самцом сразу повысило бы ее статус в местной женской иерархии. А вот мой – наверное, не понизило бы, поскольку настоящему доминанту плевать, что о нем думают, и он может трахать все, что шевелится. Я подумал, что такой расклад можно и нужно использовать в научных целях и смягчил тон:
– Ладно… Потом, может быть… Если будешь послушной и ласковой.
– Буду!
– Тогда отвечай на вопросы! Думай! Вспоминай! Отвечай! Как попала сюда?
– Как все…
– Все – это как?
– Мы жили на Лосиной протоке. Однажды пришли ваши. Всех убили, женщин забрали и привели сюда.
– Ваши мужчины сражались?
– Они ушли.
– Ушли, бросив детей и женщин?!
– Нет, многих увели с собой. Но не всех.
– Та-ак, – попытался я осмыслить услышанное. – Давай по порядку.
Допрос длился довольно долго – даже слушателям надоело, и они почти все разошлись. А я все не унимался – зря, что ли, бегал от кроманьонцев и тонул в реке?!
– Вы всегда жили на Лосиной протоке?
– Нет, только зима-лето. Раньше жили на Черном озере.
– Почему ушли?
– Клан Носорога оказался сильнее нас. Воевать не стали, просто ушли.
– Ваш вожак знал, что привел своих на землю охоты людей?
– М-м-м… Наверное. Он мне не говорил.
– Разумеется. Люди напали на вас внезапно?
– Н-н-ет, кажется. Все знали, что они идут.
– И что?
– Колдовали, просили предков помочь. Надеялись, что враги не дойдут или не найдут нас.
– Как можно не найти в степи чужое стойбище?!
– Не знаю…
– Верю. Почему мужчины не стали сражаться?
– Тогда все думали, что ваши – это злые демоны. Их нельзя победить обычным оружием. Только колдовством.
– Ясен перец, но мы еще вернемся к этому. Итак, при приближении отряда воинов-людей ваши мужчины во главе с вожаком забрали женщин, детей и подались в степь. Верно? Кого забрали, кого оставили?
– Увели тех, у кого кровь. Детей оставили. Все равно умрут.
– Логично, – признал я. – А с собой прихватили всех женщин, которые могут рожать и работать?
– Не всех. Некоторые остались или потом сбежали и вернулись.
– А-а, не захотели разлучаться с детьми?
– М-м-м… Э-э-э…
– Что мычишь и глаза пучишь? Вопрос не ясен?! Ты сказала, что некоторые женщины добровольно остались в стойбище перед нашествием людей. Спрашиваю: почему? Подсказываю: из-за своих детей. Нет?
– Н-н-е знаю… Зачем нужны дети, если нет мужчин?