Федя оделся, вскинул на плечо рюкзак, коротко сказал:
— Я готов.
— Ого, какой дисциплинированный хлопец! — обрадовался милиционер. — Сейчас я тебя посажу на встречный… Привет Москве!
Пошатываясь, Федя вышел из купе.
Чистые пруды встретили беглеца туманом и моросящим дождиком. Расплывчато отпечатанные на пасмурном небе дома были сердиты. У «Колизея» толкалась редкая кучка детворы. Федя обошел кинотеатр стороной, боясь встретить знакомых. Вот и родная арка с облупившейся штукатуркой, старый, со скучными, недавно посаженными хилыми деревцами двор и, наконец, узкий подъезд, шесть ступенек вниз.
От самого вокзала Федя держал в руке ключ, но его опередили: дверь в квартиру открыла бабушка. По ее лицу путешественник понял, что никаких упреков не будет, и радостно прижался к мокрому от слез дорогому лицу.
— Господи, да ты весь в жару! — воскликнула Анна Петровна.
— Нет, нет, что ты! — запротестовал Федя и почему-то вдруг стал падать. Перед глазами поплыли фиолетовые круги, словно после долгого глядения на солнце. — Бабушка! Почему это так? — заплетающимся языком забормотал он, сразу став послушным ребенком… Больше Федя ничего не помнил. А когда однажды открыл глаза, перед ним, как из тумана, стали выплывать, становясь все более ясными, лица друзей из шестого «Б» класса. Круглолицый, с ямочкой на подбородке Коля Сергеев смотрел с укором, но в его глазах за стеклами очков в роговой оправе ни от кого не скрылись и сочувствие и забота. Была здесь и смуглая, успевшая загореть за дни каникул, глазастая Кама Иванян. Ни у кого, наверное, не было такого звонкого голоса и таких сильных кулачков-молоточков, как у нее.
— Ребята, — прошептали губы Феди, — я, кажется…
— Тебе надо помолчать, — перебила Ина, отстраняя ото рта кончик своей косы. — У тебя, доктор сказал, воспаление легких. И лежи, пожалуйста!
Феде показалось, что она всхлипнула. Чтоб не смутить ее этим открытием, он немедленно зажмурил глаза. Но все равно чувствовал около себя дыхание товарищей, ставших еще более близкими, родными. Улыбнувшись бледными губами, он снова впал в полузабытье. Сначала тихо, а затем все яснее послышалось:
Или читал кто-то рядом, или припомнилось ему это?
ШТАБ НАЧАЛ РАБОТУ
Какое веселое утро! Без стука оно вошло в комнату, раздвинув оклеенные обоями стены. На чистых половицах в немыслимом танце закружились солнечные «зайчики». Один из них, самый бойкий, отбился от круга, прыгнул на подушку и, дразня, теплой мохнатой лапкой провел по лицу.
Федя потянулся, напружинил ослабевшие после болезни мускулы. Сегодня был день, когда ему разрешили выйти на улицу. Раз-два! Мальчик спрыгнул с кровати, открыл форточку. В комнату ворвался радостный гул улицы, детские голоса. Жизнь шла своим чередом; ни на минуту не умолкал ее торопливый, как ход будильника, ритм. Ослепительно сверкало зеркало Чистых прудов. А над ним, купаясь в лучах весеннего солнца, играли прилетевшие с Московского моря две белые чайки.
Из подъезда напротив вышел сутулый человек в мягкой шляпе. Федя узнал профессора. Илья Львович тоже узнал Федю и приветливо помахал ему жилистой рукой. А через минуту в прихожей раздался громкий топот ног, ребячий смех.
— За тобой товарищи пришли, — сказала бабушка, подавая Феде выглаженную гимнастерку.
В комнату шумно ввалились Кама Иванян и Коля Сергеев. За их спинами спряталась Инка. Но вот она, не утерпев, выскочила вперед, и Федя увидел у нее в одной руке какой-то сверток, а в другой — свой «Зоркий». На отполированной коже футляра заиграли розовые солнечные пятнышки.
— Получай! — заулыбалась девочка. Теперь уж розовые пятнышки прыгали в ее веселых с хитринкой глазах. — А вот пакетик-секретик! Это уж потом.
Коля встал напротив Феди, упер руки в бока:
— А ну, поворотись, сынку!
Наблюдая эту сцену, девочки от души хохотали: уж очень естественно получилось у мальчишек. Потом Ина завязала Феде галстук.
— Ну вот, — сказала она, — все готово…
— Он еще не очень окреп, — говорила Анна Петровна ребятам. — Вы уж далеко не ведите его.
— Не волнуйтесь, бабушка, — смеялся Коля. — Мы недалеко. Дело у нас есть наипервейшей важности. Точка. В случае чего — на руках донесем своего Федюка.
Родное прозвище! В школе и на улице Федя так привык к нему, что уже не отличал от настоящего имени. Значит, все в порядке!