— Не надо… Оставь себе.
— Вам он нужнее, — прошелестела я. — Это подарок. Не смейте отказываться.
— Не отказываюсь, — его пальцы осторожно коснулись моих, принимая цветок. И яролист дрогнул, распуская лепестки ему навстречу. Я почти ощутила, как недовольно отступает страшная болезнь, не навсегда, но всё же выпуская жертву из своих когтей. Во взгляде Эрриса отражался звёздный свет волшебного растения.
— Спасибо, Иртисса…
Словно дождавшись этого момента, площадка взорвалась аплодисментами. Заиграла музыка, и руави закружились в праздничном и быстром танце. Я стояла, не зная, куда спрятаться от охватившего меня смущения, а Эррис просто молча смотрел на меня и я всей душой ощущала улыбку и радость на его лице.
— Пойдём, Тисса, — словно решившись на что-то, он бережно взял меня за руку. — Я хочу кое-что тебе показать. Думаю, тебе понравится.
— Но я в таком виде… — я ещё ниже налонила голову, с невероятным стыдом покосившись на свой «королевский» наряд. Руави только слегка сжал мне запястье.
— Это ничего. Ты прекрасна в любой одежде.
Поперхнувшись от неожиданности, я взглянула на короля и прочла в его голубых глазах искорки смеха. И, внезапно успокоившись, дала вывести себя с площадки в глубину леса.
— Опять продираться через сучья?! — совсем не по этикету взвыла я. Эррис чуть слышно усмехнулся.
— Не бойтесь, королева. Я сам проведу вас.
Я недоверчиво посмотрела на него, но окружавшие нас ветки, точно услышав безмолвный приказ, сами собой отодвигались, освобождая дорогу; выступавшие из травы корни, вместо того, чтобы цепляться за ноги, втягивались обратно под землю. И шелест листьев точно стал громче и мягче, будто приветствуя своего короля.
Эррис взглянул на меня, и я в который раз поразилась, какая у него светлая и лёгкая улыбка. Не наполенная того полунасмешливого сарказма, с каким он впервые встретил меня, но словно побуждающая улыбнуться в ответ. Что я и сделала.
— Тебе нравится лес? — спросил руави. — Ведь ты привыкла к высоким замкам, а у нашего народа никогда такого не было.
— Меня вполне устраивает твой дворец, — с иронией фыркнула я. — Поверь мне, если бы какой-нибудь из наших высокородных графов приехал сюда и смог увидеть это чудо своими глазами, он умер бы от зависти.
— Почему ты называешь его моим, королева? — неожиданно серьёзно спросил Эррис. — Ты не чувствуешь себя счастливой среди нас?
— Напротив! — прошептала я. — У меня впервые появились подруги. Настоящие подруги, которые не стремятся выведать у тебя твои секреты, с которыми можно расслабиться и не бояться показать себя такой, какая ты есть на самом деле. Здесь так красиво… Я ещё никогда не встречала такого прекрасного места, где всё словно дышит покоем и уютом. Но несмотря на все почести, что мне оказаны, я чувствую себя гостьей, не больше. Но я благодарна всей душой, за то, что вообще была допущена сюда.
Эррис, внимательно и даже с некоторой тревогой, вслушивавшийся в мои слова, вдруг счастливо рассмеялся.
— Гостья? О нет, королева, — ты солнце, которое впервые взошло над нашим лесом после долгой зимы! Просто листья ещё не решаются раскрыться навстречу твоему свету. Смотри!
Мы вынырнули из-под лесного полога, и я замерла в восхищении, боясь пошевелиться, чтобы не спугнуть ту неземную красоту, раскинувшуюся передо мной.
Небольшое озеро расстилалось в окаймлении хрупких светло-сиреневых цветов, словно под пушистым одеялом. Вода — чуть трепещущее зеркало — была настолько прозрачной, что я видела, как алые лучи угасающего солнца пронизывают её насквозь и светлыми бликами прыгают по дну. Деревья, тихо перешёптываясь друг с другом, склонились над водоёмом, окружив его драгоценным венцом. Сердце леса. Истинная жемчужина руави.
— Это… прекрасно… — прошелестела я, в неосознанном волнении сжимая руку Эрриса. — Нет слов, чтобы передать эту красоту… Спасибо.
— Праздник ещё не закончился, — улыбнулся король, осторожно подводя меня ближе и усаживая на изогнутом корне толстого дерева, словно предназначенного именно для этого. Потом Эррис подошёл к озеру, и мне показалось, что ни один цветок не сломался и не помялся под его ногами. Руави наклонился, подняв что-то из сиреневого моря, и вернулся ко мне. Я с изумлением увидела, что в руках он держит эльфийскую лиру.
— Я подумал, тебе понравится этот подарок, — несколько смущённо проговорил он. — У тебя очень красивый и нежный голос, Тисса, ты могла бы петь…
— Спасибо, Эррис, — я нерешительно приняла драгоценный инструмент, за который все людские менестрели согласились бы отдать вё своё состояние. С грустью посмотрела на руави. — Но я не умею на нём играть… Принцесс обучают игре на обыкновенной лире, но она и в сравнение не идёт с эльфийским творением.
— Если хочешь, я научу тебя, — слегка замявшись, предложил король. — Это не сложно.
Я радостно кивнула, и его пальцы пробежались по чутким струнам, издав тонкий серебряный звук. Эррис играл, прикрыв глаза, а я слушала, очарованная этой неземной мелодией, и словно само счастье накрывало меня своими крыльями…
— Теперь ты, — внезапно остановился руави. Я робко положила на колени лиру, скользнув непослушными пальцами по зазвеневшими струнам. Жалобно посмотрела на короля.
— Иди сюда, — улыбнулся Эррис.
Он сел, прислонившись спиной к дереву, а я устроилась у него на коленях, держа в руках лиру. Его пальцы накрыли мои, подсказывая, напрвляя, и струны задрожали вновь — всё уверенней и решительней, пока наконец, отдельные звуки не слились в одну мелодию, которая пронеслась ночным ветром над замершим в ожидании лесом. И, неожиданно для самой себя, я запела. Слова всплывали из глубин памяти…
— Не отрекаются, любя… Ведь жизнь кончается не завтра.
Я перестану ждать тебя, а ты придёшь совсем внезапно…
Не отрекаются, любя.
А ты придёшь, когда темно, когда в окно ударит вьюга,
Когда ты вспомнишь, как давно не согревали мы друг друга…
Да, ты придёшь, когда темно.
За это можно всё отдать!.. И до того я в это верю,
Что сложно мне тебя не ждать, весь день не отходя от двери…
За это можно всё отдать!
Не отрекаются, любя… Ведь жизнь кончается не завтра.
Я перестану ждать тебя, а ты придёшь совсем внезапно…
Не отрекаются, любя…
Песня ещё звучала над лесом, а я замерла, ощущая рядом с собой его присутствие, такое надёжное и уютное. Чуть подвинулась, чтобы видеть его неожиданно серьёзное лицо. Эррис слегка коснулся пальцами моей щеки, вглядываясь в мои глаза. Так близко… муж и жена.
Поцелуй окончательно развеял мои сомнения.
…Только попробуй мне умереть после такого!
*Примечание: в тексте использован романс "Не отрекаются, любя" Текст: В.Тушнова, музыка: М. Минков