Я раскрыла рот, но тут же вернула челюсть на место. Это шутка. Я прищурилась и снова наклонилась к мужчине.
– Вы хотите затащить меня в постель?
Его сканирующий взгляд прошелся от моего лица и ниже, и я поняла, что он смотрит на мою грудь.
– Ты красивая женщина, я уже говорил, может быть, ты мне даже интересна..
– Нет, – перебила я в нежелании услышать то, что он скажет дальше. Достаточно! – Я Вам не интересна и Вы мне тоже. Давайте разойдемся на этом, – заявила твердо и, ощутив подступающую панику, сосредоточилась на прыгающем в резиновых мячиках, сыне. Мне нужно как следует отдышаться. Закрыть глаза и просчитать в уме сотню овец, чтобы стереть из памяти это лицо.
– Я хочу, чтобы ты работала со мной.
– Нет.
Я даже не посмотрела на него, достаточно было только одного присутствия, чтобы вызвать необъяснимую вибрацию в моем теле. Я хочу, чтобы он убрался!
– Я знаю, чего ты боишься, и это никак не связано с твоей драгоценной подругой, или моим братом. Ты ведь поэтому ушла? Они запугали тебя «большим серым волком Владом». Но ты сказала, что не боишься, и я тебе поверил, потому что знаю, что пугает тебя на самом деле. Подумай хорошо над этим.
Краем глаза я заметила, что мужчина снова посмотрел на игровую, затем встал и смерил меня секундным взглядом, который длился для меня почти вечность. Я смогла выдохнуть и расслабиться только, когда он ушел, оставив за собой свой аромат, едва прикрытый запахом, наверняка, хорошего виски, или коньяка. Закрыв глаза, я поняла, что его лицо будто приклеилось к моим векам, или хуже того – сознанию. Если бы Бог существовал, то обязательно наказал бы меня за проскочившую внезапно в голове мысль.
Я не верила в «третий глаз», или шестое чувство, но что-то мне подсказывало, что это не последняя наша встреча, совсем не последняя. И в этом мегаполисе мы бы запросто могли затеряться, но это было бы просто. Хуже всего, что мне уже это все не нравится, не помню, когда в последний раз так грохотал пульс, когда в последний раз становилось так необъяснимо страшно.
Глава 7
Наш домашний вечер мог бы стать счастливым для всех, сегодня мы на самом деле выглядели, как идеальная семья. Муж с женой, которые, казалось бы, никогда не ссорятся, любимый ребенок. Вот если бы не мое испорченное кое-кем настроение. Я, разумеется, не подавала виду, что на взводе, отвечала на улыбки Сани и его двусмысленные взгляды, которые он на меня бросал. Последние годы наша жизнь превратилась в обычную рутину, из которой возможно кто-то другой захотел бы сбежать, но не я. Меня все устраивало. Мы редко ссорились, мы не набрасывались друг на друга в порыве страсти, срывая в беспамятстве одежду, как это было в начале отношений, мы обожали друг друга в то время, а потом все стало ровным и гладким, как стекло, и я рада была, что не таким же хрупким. Я стремилась к таким отношениям в семье, потому что у меня самой никогда не было ничего подобного, я желала, чтобы мой ребенок жил в идиллии, даже если родителям это может наскучить, счастье Марка всегда на первом месте.
Я приготовила ужин, но сама так и не притронулась к нему, ковыряла вилкой по тарелке и наблюдала, с каким удовольствием поглощают пищу мальчишки.
– Спасибо, мам. Можно мультики посмотреть?
– Полчаса, не больше.
Я поцеловала сына в макушку и, тот вприпрыжку побежал к себе в комнату. Сложив посуду в раковину, я обернулась к Сане, который сидел на стуле и наблюдал за мной.
– Чего лыбишься?
Давно не видела мужа в таком приподнятом настроении, и я примерно понимала, чего он от меня хочет. Часто наши вечера оказывались идентичны друг другу. Мы с Саней возвращались с работы, я готовила ужин, если оставались силы, занималась с сыном, после чего укладывала его спать и шла в постель к мужчине, который уже сопел под включенный телевизор. За один вечер мы могли перекинуться парой фраз и все они чаще всего касались Марка, утром мы и вовсе могли не встретиться, так как у Сани скользящий график.
– У меня отличные новости, даже две.
– Правда? И что за новости такие? У тебя сейчас лицо треснет.
Я отвернулась, открыла кран с водой и принялась мыть посуду, муж тихо подошел ко мне сзади и уткнулся носом в шею, его руки скользнули по моей талии и он развернул меня к себе. Должно быть, он собирается возбудить меня этим жестом, потому что ему отлично известно о моих слабых местечках на шее и не только, но то ли от испорченного ранее настроения, то ли от излишней напряженности, мое тело никак не хотело отзываться на эти прикосновения.