— Не путаешь, — ответил Пётр. — Просто планы изменились. Роман прилетел вчера. И уже сегодня готов обсуждать план компании.
— Как сегодня? — папка из моих рук выпала.
— Обычно — сегодня, — повторил мужчина. — А что тебя так удивляет?
— Нет, ничего, — ответила я и подняла папку с пола. — Как скажете. Всё будет готово.
— Тогда работай.
Пётр ушёл к себе, а я положила папку на край стола и отправилась в уборную. Мне надо было умыться и успокоиться. Руки так и дрожали. Щёки горели.
Открутила кран с холодной водой и слегка ополоснула их, чтобы сильно не повредить макияж, и выдохнула.
Значит, он приедет уже сегодня.
Разницы сильно не было — сегодня или вчера, однако меня перетрясло.
Почему же я так боюсь встречи с прошлым лицом к лицу?
Потому что между нами осталось слишком много недоговорённостей. Точку поставили как будто насильно и неожиданно.
Потому что боюсь узнать, что без меня ему прекрасно живётся.
Потому что сильна ещё обида, несмотря на то, что прошло много лет. Такое не забывается.
И Оля. Моя тайна от бывшего жениха. Теперь эта тайна будет раскрыта…
Когда конференц-зал был готов, сотрудники офиса выстроились в ряд — приехало новое начальство.
— Прошу любить и жаловать — Роман Петрович, мой сын и наш новый сотрудник! Кому-то из вас он уже знаком — прошу полюбить еще больше!
Все смотрели с любопытством, и только одна я хмуро смотрела в пол. Не было сил поднять глаза на того, кто сейчас в дорогих ботинках и костюме шёл по вестибюлю нашего офиса в кабинет директора и его заместителя. Мне слишком хорошо он знаком, смотреть на него необходимости не было, да и больно. До сих пор всё отзывается в груди тупой болью…
А теперь мне придётся с ним сталкиваться каждый день в офисе. Я надеялась, что уже давно повзрослела и перестала им болеть, но сейчас, когда я осознавала, что он прямо сейчас шёл по нашему коридору, поняла, что меня снова бьёт мелкая дрожь, как будто я снова школьница, такая же как и он. В большей степени от страха — я не хотела, чтобы он узнал мой секрет. Но рано или поздно все тайное становится явным.
Роман проходил как раз мимо меня, когда вдруг остановился и повернул голову. Он смотрел мне в лицо, пока я пыталась справиться со вмиг сковавшим меня льдом. Я так давно не видела этих серых глаз, которые всегда имели надо мной необъяснимую власть. Я подняла голову и встретилась с пронизывающим насквозь взглядом.
Он узнал меня. И остался этим фактом очень недоволен. В глазах — серый шторм, губы плотно сжаты, а мышцы напряжены. Я слишком хорошо его знаю, чтобы не считать эмоции Романа. Точнее, знала, теперь, спустя почти пять лет, я уже ни за что не ручаюсь.
Но он ничего не сказал. Нахмурился и снова пошёл вперед, а я засеменила следом — ведь я, по сути, теперь и его секретарь тоже, и должна пойти за своим начальством.
Едва мы оказались в приёмной, Роман и его отец ушли в кабинет. Рома тут же налетел на Петра Сергеевича, а мне было слышно каждое слово.
— А что ОНА тут делает?
— Катя?
— Ты думаешь, мне здесь знаком кто-то еще или я бы не заметил Рыжую?
— Ничего я не думал, — ответил его отец. — У Кати был сложный период, я помог ей с работой. Она проявила себя как ответственный сотрудник, и я оставил её в штате. Что меняет в том, что она тут работает?
— Я бы не приехал сюда, если бы знал, что ты привёл в офис её!
— Роман! Ну работает тут Катя, никому не мешает. Чего ты взъелся? Сам же говорил, что всё в прошлом. Вот и оставь это там.
— Как тебе вообще пришла мысль взять на работу её? — кипятился Роман. — Ту, что так со мной поступила?
— Я тебе уже говорил, что я не уверен, что ты правильно все понял. Но ты ведь упёртый баран и всё решил! Так отвяжись от девчонки. Пусть работает спокойно — это было моё решение взять её сюда. Тем более ты последние годы не планировал возвращаться в Россию.
Значит, Пётр Сергеевич тогда усомнился в том, что случилось между нами… Неожиданно. Я думала, он считает так же, как его сын, и на его стороне. Считает меня виновной в нашем болезненном и резком разрыве.
— Я всё видел своими глазами, папа, — твёрдо заявил Роман. — И после этого ты берёшь на работу эту… дрянь? Которая вот так поступила с твоим сыном?
— Она всё слышит, Рома, — одёрнул его отец.
— Пусть слышит. Рыжая, ты дрянь! Надеюсь, слышно очень хорошо, и скоро ты уволишься сама! Потому что вдвоем мы на одной территории не останемся!