Выбрать главу

– Проклятье, – Малайка, оглядевшись, указала подруге: – Смотри, Оли застрял в билетной будке!

Наклонившись вперед, Хэрроу увидела лисьего гибрида, который прятался в углу недостроенной будки – в окошко виднелись его яркие рыжие волосы.

– Богиня, что он там делает? – зашипела Мал. – Почему не бежит?

Будка стояла рядом с ограждением, и люди могли дотянуться до нее через решетку. Но она находилась на территории цирка, а дверь смотрела в противоположную от толпы сторону, что означало, Оли мог сбежать, если будет достаточно быстр.

– Они бросают камни. – Хэрроу пригнулась, когда один пролетел над фургоном.

Она бы тоже не горела желанием выбегать из безопасного укрытия, чтобы попасть под обстрел камнями.

– Он же лис, – сказала Мал. – Он быстрее, чем все они, вместе взятые.

– Может, он слишком напуган, чтобы бежать.

Гибриды были физически сильнее остальных элементалей, но Оли не относился к бойцам, и, похоже, страх парализовал его.

– Там Оли! – крикнул кто-то, и Хэрроу оглянулась.

За другим фургоном собралось еще несколько работников цирка, привлеченных шумом.

– Оли, беги! – крикнул один.

– Тихо! – зашипела на них Мал.

Но слишком поздно: горожане услышали крик и обнаружили прячущегося гибрида. Одни начали просовывать оружие сквозь решетку, колотя по стенкам будки. Другие бросали туда камни. Оли побледнел и вжался в стену, словно пытаясь исчезнуть.

Пока Хэрроу наблюдала за происходящим, Вода поднялась в ней, беспокойная и настойчивая.

– Мал, – сказала она, пытаясь справиться с магией, пробудившейся в ответ на угрозу, – мы должны увести Оли оттуда как можно скорее.

Она закрыла глаза и сделала глубокий вдох, заставляя Воду отступить. Оли требовалась помощь, но она не могла позволить себе потерять бдительность – не сейчас, посреди цирка, перед разгневанной толпой.

Вернув себе контроль, она открыла глаза, готовясь броситься к будке. Она не могла использовать дар, но это не означало, что она не собиралась помочь.

Вдруг она заметила, что рядом с ней нет Мал.

Она оглянулась как раз вовремя, чтобы увидеть тень, метнувшуюся к воротам. Секунду спустя Малайка возникла в будке.

Хэрроу прижалась к фургону, чтобы лучше видеть происходящее. Напряженно дыша, она увидела, как Мал что-то говорит Оли, успокаивая его и одновременно с помощью когтей отбрасывая в сторону оружие, которое горожане просовывали через забор.

Вода снова поднялась в Хэрроу, и на этот раз она послушалась.

– Беги, Мал! – закричала она.

Малайка обернулась, глядя на нее через окно.

– Беги! Скорее!

Малайка схватила Оли за руку, и они сорвались с места. В тот же момент кто-то бросил в них факел.

Описав по воздуху дугу, он упал в будку. Мал и Оли едва успели выбежать оттуда, когда факел приземлился на пол, разбрызгивая горючее вещество и пламя. Старая сухая древесина вспыхнула. К тому времени, когда Оли и Малайка добежали до укрытия Хэрроу, будка была охвачена огнем.

Они упали на землю, прислонясь к колесам фургона.

– Едва успели, – выдохнула Малайка.

Но выглядела она восторженной: янтарные глаза сверкали азартом. Бедняга же Оли все еще не мог прийти в себя от шока.

Наконец появился Сализар.

– Слава тебе, Богиня-Мать! – прошептал Оли, прижимая ладони к щекам.

Грозный директор цирка решительно шел к воротам. Высокий и внушительный, он держал наготове зачарованный посох. Полы длинного сюртука развевались на ветру. Пока он стремительно приближался к толпе, пыл разгневанных горожан стал остывать.

Репутация Сализара опережала его, что неудивительно. Он был настолько же известен, как и сам цирк. Дойдя до входа, он не стал вступать в битву. Вместо этого поднял посох и направил его на железную решетку.

Серебристые разряды молний сорвались с конца посоха и ударили по металлическим прутьям, разбегаясь в стороны. Молния поразила всех, кто касался ограждения, и люди отпрянули, крича от боли.

В качестве последнего предупреждения Сализар ударил снова, но на этот раз целясь в мужчину с топором, который пытался разрубить цепь. Молния прошла по его телу, и тот рухнул на землю как камень. Он не успел даже закричать.

Поняв намек, толпа начала отступать. Люди опустили оружие, ругань стихла. Тишину нарушал только треск горящего дерева. Сализар отступил на шаг, и все напряженно замерли: директор цирка бросал вызов любому, кто осмелился бы подойти ближе, и горожане раздумывали, стоит ли атаковать снова.

В конце концов они не решились. Но, отступая от ворот, снова начали бросать угрозы и оскорбления, чтобы скрыть страх. Потерявшего сознание мужчину унесли, взяв за руки и за ноги, – тело его безвольно обмякло.