Здесь уж точно без собак не обходятся. В подтверждение за рифлеными листами забором звякнула цепь, послышалось глухое рычание. Как можно тише Кабанов перемещался между домами, избегая освещенных мест. Без нарушения закона не обойтись.
Надежда найти одежду в припаркованных автомобилях таяла как ночь в рассвете. Несколько раз Кабанов замирал в кустах – по дороге прошла компания подростков, парень с девушкой в обнимку. Перебежал к неосвещенному строению, чуть не задохнулся от концентрированного запаха.
Одинокий мужик, мотавшийся по дороге, привлек внимание. Мужик выбросил пустую бутылку и пошел к коровнику, где хоронился Дмитрий. Мужик оперся левой рукой на обмазанный известью брус, правой вытащил хозяйство из ширинки. Кабанов вышел из-за угла.
- Мне нужна твоя одежда!
Широкие плечи и узкая талия у русского человека не считаются признаком силы. Мужик спокойно повернулся и направил струю на «терминатора». Это было уже слишком. Стальной кулак встряхнул хмельные мозги и на время погасил сознание.
- Извини, мужик, очень надо!
Ремень мужику Дмитрий оставил - на связанных за спиной руках. Ноги были связаны набедренной повязкой, кусок которой также пригодился в качестве кляпа.
- Потерпи, мужик. Там человека на куски режут, а тебе поспать надо. Только не блюй!
Кабанову достался серый пиджак с карманами и мешковатые брюки. Но самое приятное – кроссовки почти в размер. Майкой побрезговал. Брюки пришлось стянуть сзади в поясе. Для этого пригодилась проволока, очищенная от сухого навоза. Теперь можно и по центральной улице в полицию. По пути проверил карманы. В брюках ничего, зато в пиджаке пошарпанный «Самсунг» и две мятые сторублевки. Телефон и так был выключен, сим-карту Кабанов вынул, положил в карман брюк – пригодится.
Проезжая часть с фонарными столбами разделяла поселок по середине. В предрассветных сумерках справа шевелился государственный флаг над красной доской с надписью «Администрация», слева над железной дверью горело табло «Пункт полиции». На площадке выделялась белая «Приора» с синей надписью, по бампер в траве угадывался силуэт УАЗа. Кабанов забарабанил по двери. В зарешетчатом окне справа зажегся свет.
- Чего надо? – Дверь открыл деревенский малый с сержантским погонами. На толстых щеках следы мятой наволочки.
Полицейские не любят, когда граждане говорят: «Я пришел написать заявление». Дмитрий сказал:
- Меня ограбили, помогите. – Чуть-чуть истерики в голосе, круглые глаза.
Сержант обернулся:
- Борисыч, тут грабеж заявляют.
Коридор осветился, дверь открылась шире, на порог вышел капитан с мешками под глазами и брылями, как у сенбернара.
- До утра не могло потерпеть? Что случилось, гражданин?
- У меня на окраине поселка отобрали машину.
- Заходи.
Дмитрий зашел в дежурную часть – комнату, разделенную деревянной стойкой. Капитан прошел за стойку, торжественно поместил зад в анатомическое углубление в кресле.
- Рассказывайте.
Кабанов поведал историю о том, как ехал на своей «десятке» в сторону ПГТ «Большой Карабулак». У окраины его догнала «Приора». Неизвестные подрезали, пришлось остановиться. Трое в черных одеждах вытащили его из машины, обшарили карманы.
- Все забрали, все! Рубашку порвали, пришлось выбросить.
После жестокого грабежа один из людей в черном сел в «десятку», и автомобили скрылись в сторону больницы.
- Санатория, ты хочешь сказать? – Перешел на «ты» капитан. Глаза заворочались в складках, сонливость пропала.
- Откуда тебе известно про санаторий?
- Я свернул туда, думал переночевать. Так более того, товарищ капитан, я узнал одного из тех, из санатория. Он и угнал мою машину!
Расчет Кабанова был прост. Полицейских надо заинтересовать раскрытием по горячим следам. Ворваться вместе с дежурным нарядом в, как выясняется, санаторий и спасти Трайбера. Если он еще не разобран по контейнерам.
За стойкой тренькнул телефон.
- Отдел полиции, слушаю.- Капитан сделал знак, чтобы Дмитрий помолчал.
- Хорошо, сейчас вышлю.
- Прямо Чикаго – еще один грабеж заявляют. – Дежурный положил трубку.
- Рагулин! Знаешь, где Коровин живет? Сгоняй к нему, выясни что случилось, надо будет - тащи сюда.
В дежурку зашел сержант, на широком лице следы от подушки скривились от возмущения.
- Чего сейчас-то? До утра не подождет?
- Не подождет – через «02» прошло. Давай, дуй, я пока участкового подниму.
- Подождать придется, товарищ. – Обратился к Кабанову. – Вон у нас Коровина возле коровника ограбили. Сейчас участкового вызову, он вами обоими займется.
Надо валить. План Дмитрия потерпел крах. В местном «Чикаго», да еще возле коровника ограбленной могла быть только жертва неаккуратного опорожнения мочевого пузыря.