— Иди ко мне, Ширли, — прошептал Уолт и крепко прижал ее к себе, а потом стал медленно поглаживать ей спину, постепенно опускаясь к бедру.
Она тихонько ахнула, теплым дыханием обдав его щеку, и замерла.
В течение нескольких долгих мгновений Уолт смотрел на Ширли. Ее веки были плотно сомкнуты, словно она отказывалась признавать происходящее.
Потом он медленно и нежно коснулся ее губ, сладких, как мед, и они затрепетали под его лаской. Уолт со стоном провел кончиком языка по внутренней стороне ее рта, и губы Ширли открылись ему навстречу.
Его тело словно взорвалось желанием, лишая способности хоть что-то соображать, и он стиснул Ширли в объятиях, ощутив, как напряженные кончики ее грудей скользнули по его рубашке.
Все-таки она не совсем равнодушна ко мне, торжествующе подумал он.
Глаза Ширли были по-прежнему закрыты, длинные ресницы темными полукругами лежали на бледных щеках. Уолт нежно поцеловал ее веки, мечтая, чтобы она открыла глаза. Он хотел смотреть в них, когда будет любить ее…
Вдруг раздался шум мотора. Наверное, он был слышен и раньше, но сейчас стал громче. Машина приближалась.
Несколько секунд Уолт продолжал смотреть на Ширли, мечтая, чтобы эти волшебные мгновения продлились еще хоть немного, а потом медленно выдохнул, возвращаясь к реальности, и у него вырвался стон.
И тут глаза Ширли распахнулись. Она смотрела на него, недоуменно мигая, словно только что очнулась от глубокого сна.
— Не следовало мне этого делать, — пробормотал Уолт, отодвигаясь.
Черт побери, усмехнулся он, если у Уилсона до сих пор оставались сомнения насчет того, готовы ли мы идти к алтарю, то сейчас они должны были развеяться без следа. Ведь я только что чуть не уложил Ширли в траву, причем в каких-нибудь ста метрах от здания компании.
— Я не должен был допустить, чтобы все зашло так далеко, — повторил Уолт, пытаясь преодолеть все еще не отпускавшее его желание.
Ширли покачала головой и протянула к нему руку.
— Не надо извиняться, — произнесла она. — Ты ведь просто старался помочь мне.
Он поднял голову и в упор посмотрел на нее.
— Это ложь чистой воды, и даже такая неопытная девочка, как ты, должна это понимать. Минуту назад я думал вовсе не о твоей карьере, а о том, чтобы помочь тебе раздеться.
К немалому удивлению Уолта, Ширли вовсе не была шокирована и даже не рассердилась. Напротив, на ее губах заиграла легкая улыбка.
— Прости, но я не стану давать тебе пощечину, Уолт. Тебе этого явно очень хочется, но, честно говоря, я не вижу причин расстраиваться, тем более что ничего страшного, в сущности, не случилось, даже наоборот. До сих пор ты обращался со мной, как с бесполой младшей сестренкой, а то, что случилось только что… можно сказать, обнадеживает. Значит, я не так уж и сильно отличаюсь от других женщин.
— Черта с два! — воскликнул Уолт. — Ты что, не понимаешь, что отличаешься от них, как небо от земли? Ты — настоящая роза в зарослях одуванчиков. Ты знаешь, чего хочешь, и последовательно идешь к своей цели. Я всегда восхищался твоей решимостью добиваться своего. И если ты думаешь, что я не замечал твоих достоинств и с самого начала не видел в тебе желанной женщины, то это означает, что ты считаешь меня полным идиотом. Мы с тобой очень разные, но это не значит, что я не могу оценить твои лучшие качества.
Ширли слегка пожала плечами.
— Наверное, тебе показалось, что я напрашиваюсь на комплимент. Это не так. Просто я хотела, чтобы ты знал: я на тебя не сержусь. Мне… даже понравилось, — сказала она, дерзко подняв подбородок и заливаясь жарким румянцем.
Уолт только усилием воли удержался, чтобы снова не схватить ее в объятия.
Господи, до чего же она хороша — такая мужественная и… такая прекрасная в своей искренности. Не сводя с нее глаз, он умудрился выдавить улыбку.
— Мне тоже понравилось тебя целовать… Мы с тобой…
— Будем большими дураками, если допустим, чтобы это повторилось, — спокойно закончила Ширли, обхватывая себя руками. — Я согласна. Ситуация, в которой мы оказались… в общем, когда людям приходится так часто друг до друга дотрагиваться, они начинают…
— Воспламеняться? Так, что у них трава начинает гореть под ногами? — подхватил он.
Ширли подняла на него испуганные глаза.
— Я только хотела сказать, что они начинают как-то привлекать друг друга, — смущенно произнесла она.
Силы небесные! Ничего себе «привлекать»! Это было слишком слабое определение — ведь он жаждал сорвать с нее одежду и покрыть поцелуями обнаженное тело… Мечтал ощутить ее крепкие маленькие груди в своих ладонях, почувствовать, как ее бедра устремляются ему навстречу, услышать, как участится ее дыхание, когда он войдет в шелковистые глубины разгоряченного лона… Это было не просто влечение, это было…