У кого вместо мозга – варёная цветная капуста, будут рабами умных, у которых мозг – свежая цветная капуста. А мудрые – это третьи.
Яша немного стал ходить. Медленно, держась за мебель, деревья или людей, но он начал понемногу ходить к всеобщей радости. Барсук-отец купил ему трость и сказал:
– Временная палочка-выручалочка.
Яша подолгу ходил в саду от дерева к дереву, привыкая вновь к ходьбе. Готик развлекал его разговорами:
– Конечно, нет плохого и хорошего, зато есть толстые энергии и тонкие. То есть медленные или быстрые. Быстрые и тонкие – это ближе к свету и электричеству, а толстые – потвёрже: типа страхи и прочие его дети. Все они нужны.
Лапка, стоя на четвереньках, усердно прилепляла кустики травы у своей избушки, и было слышно, как она говорит бабушке:
– Клавдия Михайловна, забыла вам сказать: уберите сахар. Готик гребёт из сахарницы. Не ест, а именно гребёт!
– А вы идите вязать, – отвечала бабушка.
Клавдия Михайловна научила Лапку вязать из тонких разноцветных тряпочек нарядные коврики для избушки. Так она старалась отвлечь Лапку от грустных мыслей: пару дней как пропала собачка Ежевика. Но Лапка сохраняла абсолютное спокойствие, показное, как казалось бабушке, чтобы скрыть печаль и пустоту. Но Лапка настаивала:
– У вас в саду есть порталы в другое измерение, это точно. Раньше их на земле были единицы, а теперь они часты. Это для того, чтобы ходить в них и отдыхать в другом мире, и возвращаться сюда на службу. И Ежевичка….
– Она ушла в портал? – тихо спросила бабушка, уверенная, что собачка погибла.
– Да, конечно. Животные уже ходят через портал туда-сюда. Ушла, говорю вам. А потом вернётся. Я очень умна,– сдерживала слёзы Лапка.
Клавдия Михайловна со слов соседки, уже знала, что в поисках собачки Лапка обошла весь посёлок, заодно познакомившись со всеми бездомными псами, накормив их и поговорив с ними обстоятельно. В поисках она обошла также и ближайший лес, сообщив после, что там видела драконов – огромные поваленные деревья – и дала название разным лесным полянам: Драконья поляна, роща Чистый Ельник. Но вернулась она без собачки Ежевики.
Потом у неё ещё были дела в городе. Стоматолог, заглянув Готику в рот, сказал ей:
– Вашему Готвальду нужны брекеты.
На что Лапка устало ответила:
– Знаете, доктор, мы можем предметы мыслями двигать. Какие зубы надо выпрямить?
А в метро она сказала в кассе:
– Один билет мальчику. А у меня – просто тяжело на сердце.
Готик тоже искал Ежевичку. Он даже предложил Яше план. Надо было сбежать на автобусе в соседнюю деревню и поискать собаку там. Яша молча дал Готику пачку распечатанных объявлений о пропаже и мрачно сказал, стукнув тростью по ступеньке крыльца:
– Вот, Барсук развесит и всё пока.
Готик с минуту молчал, и выдал:
– Помоги мне разобраться. Вот жила Красная Шапочка. А в лесу жил злой волк. Злой, но добрый.
– Почему добрый?
– Потому что его Бог послал.
– Зачем?
– Научить бестолковую девчонку.
– И чему? – внутри Яши мерцали искорки смеха.
– Чему. Вот тут и помоги, – сказал Готик и добавил: Лапка увидела мои чёрные носочки, – я их разбросал у кровати – и сказала, что это пиявки, которые питаются моим хорошим воспитанием и тогда оно у меня пропадает. Значит, зло учит стать лучше. Так?
– Знаешь, насчёт страха, – сказал Яша и поменял положение затёкшей ноги, – мне кажется, что Бог, – всё божественное производство Вселенной,– страха не сотворяет. Его может сотворить только человек. И тем он и ценен.
– Да? – зрачки Готика расширились.
– Но смотри дальше: у девчонки не было страха, она ведь волка не испугалась. И поплатилась. На время была съедена. Значит, немного страха не помешает.
– Я понял, – сказал Готик, кивая кому-то, – надо научиться пользоваться страхом. Для развития. А Бог наблюдает и радуется.
Яша подумал, – или кто-то сказал внутри? – что если думать о каждой своей мысли как о Творении? У каждого получится так: кто во что горазд, тот то и имеет. Но авария – чему Яша научился? Скорее, сбросил. Тяжесть себя того, что в камзоле сидел в кресле, не верил ни во что, упирался в негатив, грузил им других. Давно это было, но осталось для доработки. Яша вспомнил выражение, которое как-то оборонил Людвиг Иванович «трудовая Вселенная».
– Друзья, садитесь за стол, – сказал Сол как всегда с улыбкой, и все с удовольствием сели вокруг любимого стола с розово-чёрными прохладными мраморными шахматками. Все как один тут же положили ладони на каменную мозаику, а она в ответ начала слегка светиться.
– Сегодня я хочу сообщить вам следующее. – Сол внимательно смотрел на всех сразу. – Люди Мира Доски, то есть Четвёртого измерения, в ближайшие сроки условно разделятся на две группы. Одни будут встречать перемены, словно серфингист, вспрыгивая на волну. Другие, желая жить по-старому, примут удары волн в спину и будут отброшены ими. Это не зло, а эволюция, мощное движение раскручивающихся на Доске новых преобразующих энергий.