Я нервно сглотнула. Кажется, все мои конечности на месте, а что насчет новых? Поерзав на стуле, я убедилась, что хвост у меня не вырос. Переданное Гроной зеркало в серебристой оправе добралось до меня, и я вгляделась в него. К счастью, в нем отражалась все та же Маша, которой я была утром. Бледное лицо, обрамленное вьющимися темными волосами, серо-голубые глаза. Даже родинка на правой щеке на месте.
Кажется, я в порядке. А вот расчесаться бы не помешало, ураган здорово растрепал мою прическу. Однако Грона не дала времени и отобрала зеркало назад.
- По очереди расскажите, чем вы занимались в своем мире.
- Илья Сергиенко, программист, - ответил Илья. – Но боюсь, в вашем мире мои услуги вам не понадобятся.
- Програ… чего? – с трудом сказала Грона и помотала головой. – Нет у нас такого, значит пойдешь в конюшни работать. Сейчас много гостей приезжает, конюхи не справляются.
Илья вздохнул, но промолчал. Сдается мне, это еще не самый плохой вариант.
Лидия Анатольевна оставила в покое платок и сказала:
- Мы с Семеном Аркадьевичем пенсионеры. – И когда она успела познакомиться с дедком? – Я сорок лет вкалывала на заводе и теперь на заслуженном отдыхе.
Гномиха подняла на старушку взгляд, и та заметно поежилась.
- Ренатария не держит нахлебников. Вам придется работать.
- Но у меня очень слабое здоровье: сердце прихватывает, ноги больные… - залепетала старушка, пораженная до глубины души.
- Маги вас подлатают, - махнула рукой Грона и что-то размашисто чиркнула на листе. – Пока определяю вас в сад.
Пожалуй, стоит и мне вступить в разговор. А то останется самая грязная работа! Однако меня опередила Марина.
- Марина Гордеева, стилист. Кстати, у вас очень оригинальная чернильница.
Грона довольно раскраснелась:
- Спасибо! Мне ее на заказ делали.
Вот ведь Марина молодец! Сумела задобрить гномиху, та уже куда благосклоннее смотрела на нее.
- Чем ты занималась в своем мире? – спросила кастелянша.
- Я стилист, делаю прически и макияж. – Марина тряхнула сумкой. – У меня с собой есть кое-какие средства.
Грона заинтересованно кивнула.
- Отправлю тебя к Лайре, она королевская фрейлина и лучше понимает во всех этих штучках. Думаю, найдется для тебя работа.
Я ощутила легкий укол зависти. Интересно, а что завалялось в моей сумке?
Наконец пришла моя очередь.
- Мария Летова, экономист.
- Это что такое? – Гномиха приподняла кустистую бровь, но тут же махнула рукой, добавив. – Впрочем, можешь не объяснять! Мы для тебя работу получше найдем.
Что-то мне не нравится такое начало.
- Выбирай бани и бордель?
- Что? Какой еще бордель? – я поперхнулась воздухом.
Вовсе не на такую работу я рассчитывала! И ведь наверняка все из-за чертовой вазы. А она даже не разбилась!
- Значит бордель? – Грона потянулась пером к листу.
- Нет! – я вскочила с места. – Может, отправите меня в сад… или в конюшни?
- Симпатичных и молодых человечек мало, а гостей много. Выбирай! – отрезала гномиха.
- Бани! – обреченно выдохнула я, ощутив на себе сочувственные взгляды попутчиков. И почему я не стала парикмахером, как мечтала в детстве?
Гнора замолчала, принявшись водить пером по листу. Я обхватила себя руками, едва не сжавшись в клубок. Я просто патологическая неудачница! Даже здесь мне досталась самая дурацкая работа! Очень хотелось надеяться, что в банях мне придется всего лишь мыть полы и разносить тазики. Топить печь я не умела. Бабушка, однажды допустившая меня до этого занятия на даче, долго ругалась на мои кривые руки и абсолютную неприспособленность к жизни. Впрочем, сомневаюсь, что растопку доверили бы иномирянке. Но почему Грона отметила, что я симпатичная? От неприятного предчувствия меня передернуло.
Занятая своими размышлениями, я не сразу заметила, что гномиха встала. Вытащив из дальнего шкафа какие-то вещи, она сложила их в объемистый мешок и объявила:
- Каждому выдаю по комплекту постельного белья и одежде первой необходимости. За чистотой вещей следите сами, прачечная сейчас по горло занята.
Едва не покачнувшись под весом мешка, я обхватила его двумя руками. Хоть что-то хорошее! Ведь к постельному белью обычно прилагается и кровать.
Закончив с бумагами, Грона приказала нам выходить – пора было определить нас на место, где мы будем жить следующие три месяца. Для своих габаритов гномиха передвигалась достаточно быстро. Едва мы вышли на крыльцо, она споро двинулась куда-то вглубь двора, мимо хозяйственных построек. Пробегающие слуги – преимущественно люди, изредка гномы и эльфы – почтительно кланялись ей, и я сделала вывод, что кастелянша обладает определенным авторитетом. Когда навстречу нам попался здоровенный мужик с кожей зеленоватого оттенка, несущий на плечах какие-то ящики, я едва не сбилась с шага. Ростом он был метра три, не меньше, а его кулаки, каждый размером с мою голову, заставили меня нервно сглотнуть. Грона обернулась, заметив заминку, и рявкнула: