И бывало и так, что ропот, а порою и открытый гнев вызывали поступки святого князя[24] не только у братьев, но даже и у родных сыновей.
После того как в 1257 году было принято решение о поголовной переписи населения всей Руси, в Новгороде вспыхнули волнения. К восставшим присоединился и сын Александра Невского князь Василий.
Когда же «в силе тяжце» явился в Новгороде отец, Василий бежал в Псков.
Не постигнуть было ему, что, уравнивая Новгород в выплате дани с другими русскими землями, скреплял Александр Невский с ними свой город, не выпускал из русского пространства.
Впрочем, разве только князь Василий Александрович не мог уразуметь этой простой, хотя и жестокой истины?[25]
6
И все же Господь даровал Александру Невскому совершить в конце земной жизни подвиг, который навсегда заставил умолкнуть злоречивых современников и поставил имя святого князя на недосягаемую нравственную высоту.
Случилось это, когда сбор дани на Руси был отдан на откуп бесерменам-мусульманам и русским вероотступникам.
Тогда и появилось слово «басурмане».
Новые сборщики дани в случае недоимок насчитывали такие проценты, что должники неизбежно попадали в неволю. При этом откупщики всячески оскорбляли религиозные чувства православных…
И загудели, загудели колокола по городам и селам, призывая истреблять басурман. Осенью 1262 года во Владимире, Суздале, Ростове, Ярославле, Костроме, Великом Устюге заполыхали народные восстания.
Праведен был народный гнев, но страшная расплата ожидала всю Русь.
Шли слухи, что карательный поход татар окажется страшнее нашествия Батыя, и вся Русь будет поголовно истреблена…
Тогда и решил святой князь – отправиться в Орду, принять на себя страшный гнев хана и, если потребуется, мученической смертью отвести беду от Руси.
И в этом последнем Подвиге святого князя, быть может, и раскрывается подлинный смысл Знамения, явленного ижорскому старейшине Пелгусию при первых проблесках славы Александра Невского…
Куда плыла небесная ладья с гребцами «как бы одетыми мглою»?
О какой помощи говорил страстотерпец Борис, обращаясь к брату: «Брат Глеб, поможем сроднику своему великому князю Александру Ярославичу»?
Как на верную смерть провожали князя…
Перед отъездом он раздал сыновьям уделы: Димитрию – Переяславль, Андрею – Городец…
Святой Александр Невский и на этот раз отвел погибель от Русской земли.
Более года провел он в Орде, и случилось небывалое – вопреки интригам бесерменов, не отомщенным осталось избиение их на Руси.
Хан Берке сменил гнев на милость, хотя самому святому Александру Невскому до дна пришлось испить кубок унижений, страданий и горечи, и кубок этот, как пишет православный писатель Е. Поселянин, «едва ли у кого из других русских князей был так глубок и так горек».
Дорого, очень дорого стоила эта поездка в Орду святому Александру Невскому. На обратном пути, в Нижнем Новгороде, он заболел, а в Городце окончательно занемог.
7
Стояла глубокая осень.
Святому князю было всего сорок три года…
Приняв схиму с именем Алексия, он и скончался 14 ноября 1263 года в Федоровском монастыре Пресвятой Богородицы.
Перед смертью Александр призвал «вся свои князи и боляре и все чиновники даже и до простых, и от коегождо их прощение просяще, и всем им тако же прощение подаваше, и вей горьце плачущися о разлучении господина своего. Ужасно бе видети, яко в толице множестве народа не обрести человека не испусти слез, но вей со восклицанием глаголаху: Увы нам, драгий господине наш! Уже к тому не имамы видети красоты лица твоего, ни сладких твоих словес насладитися! К кому прибегнем и кто ны ущедрит? Не имут бо чада от родителю такова блага прияти, яко же мы от тебе воспримахом, сладчайший наш господине!»
«О, горе тебе, бедный человече! – восклицает автор Жития. – Как же не разорвется сердце твое от плача!»
Еще во время погребения святого князя хотели разжать мертвую руку, чтобы вложить в нее духовную грамоту. Но Александр Невский сам, будто живой, протянул свою руку из гроба и взял из рук митрополита грамоту…
Узнав о кончине святого князя, митрополит Кирилл сказал, обращаясь к народу:
– Дети мои! Знайте, что уже зашло солнце земли Русской!
24
Некоторые историки переименовали почему-то взятие и сожжение Владимира и Переяславля ордынским царевичем Неврюем летом 1252 года в разгром Александром Невским антитатарского блока своих родных братьев и Даниила Галицкого. Они называют «неврюеву рать» началом реального подчинения Руси татарам. Английский историк Дж. Феннел в связи с этим даже называет князя Александра Невского предателем.
25
«Что не удалось Батыю, оказалось по плечу “защитнику русской земли”, – замечает И.Н. Данилевский. – Вскоре “порядок” был наведен. Ярмо на шею русскому народу, благодаря героическим усилиям великого “освободителя” от крестоносного ига… князя Александра Ярославича, водружено».