МакКайл выглядел взволнованным, но решил поверить мне на слово.
Сосредоточившись, он приступил к работе, из уголка его рта был виден кончик его языка. Это была одна из самых восхитительных вещей, которые я когда-либо видела. Он был очень аккуратным к мелким деталям. Когда он закончил, мы оба взглянули вниз, любуясь моими ногами. Он опустил кисточку во флакон, как вдруг его глаза расширились.
— Ой! Зараза! Он на мне! — Мы оба взглянули на его лодыжку, где он случайно коснулся кистью. Он попытался вытереть пятно, но оно лишь размазалось, от чего он лихорадочно начал его тереть. Я рассмеялась и намочила кусочек ваты смывкой для лака.
— Это тоже сильно пахнет, — предупредила я его. — Постарайся не вдыхать.
Я терла прохладным ватным шариком по обратной стороне его лодыжки, пока красный лак не стерся. Он пробежался пальцем по тому месту, удивляясь, будто это действительно была магия.
— МакКайл? — сказала я.
— Хм?
Я не хотела портить этот приятный момент, но желала безоговорочной честности между нами.
— Что происходит? — спросила его я. — Она сказала тебе держаться от меня подальше, и я вполне уверена, что она не шутила.
Он наблюдал, как я аккуратно положила ноги на траву.
— Я не ожидал от нее подобной реакции, — тихо сказал он. — В смысле, я твердо хотел сказать ей, что у нас ничего не получится, но она прикоснулась ко мне... и мой разум...
Мне не понравилось, как затих его голос, когда он вспомнил о ее прикосновениях.
— Ага, знаю. Я видела, — напомнила я ему. — Ты прямо... затрясся.
Он нахмурился от неправильно понятого разочарования.
— Да, но я бы ничего не смог делать, даже если бы попытался сопротивляться. От простого прикосновения фей все мысли путаются. Реагировать может только тело.
Мило.
— Ты целовался с ней? — спросила я. От этой мысли сердце ревниво сжалось.
Он заколебался.
— Нет... Не в том смысле.
— Что значит «не в том смысле»? — спросила я.
Он снова покраснел.
— Мы просто касались губами, а не так, как остальные.
Ах, просто касались губами. Как мило. Мне захотелось убить ее.
Кто-то окликнул меня по имени. Мы с МакКайлом оглянулись. К нам шла мама, поэтому, встречая ее, мы поднялись. Со скрещенными на груди руками она казалась обеспокоенной.
— Привет, МакКайл, — сказала она, прежде чем обратиться ко мне. — Вы с Кэсс подрались?
— Что... нет. Я имею в виду, мы говорили, но никак не дрались. — Не совсем так.
— Я только что ходила звать ее на ужин, и мне показалось, что она плакала. Я не знаю, что делать. Она не хочет говорить со мной. Ты не хочешь говорить со мной. Девочки, что с вами происходит?
Вот черт, она практически плакала. Ее глаза наполнились слезами, и она опустила руки, пробежалась ими по волосам, затем снова опустила, хлопнув себя по бокам, и громко, прерывисто вздохнула. Я посмотрела на МакКайла, который уставился на меня, казалось, чувствуя себя не комфортно. Я кивнула и прикоснулась к его руке, давая понять, что ему нужно оставить нас наедине.
Мама шмыгнула носом и покачала головой.
— Прости, — сказала она. — Я не хотела выпроваживать его.
— Все в порядке, мам. Давай пройдемся.
Мы взялись за руки и отошли к краю поляны, подальше от того места, где собиралась толпа на ужин.
— Это из-за того парня, Рока? — спросила она у меня.
— Частично. И частично из-за меня. Ты же знаешь Кэсс. Ей тяжело быть запертой здесь, зная, что, когда придет время уезжать, меня с вами уже не будет.
— Ей будет тяжело без тебя. — Я посмотрела вниз, на влажную грязь под пологом деревьев, где мы гуляли.
— Я знаю. Она, наверное, сводит вас с папой с ума.
— Не больше, чем всегда. Ладно, может, чуть больше, чем обычно, но мы справимся с этим. — Она улыбнулась и смахнула остатки слез с глаз. — Ты уверена, что только из-за этого? Она была практически на грани.
Я осторожно ответила.
— Она просто растет.
Настолько простой ответ, казалось, успокоил ее. Некоторое время мы просто шли в тишине, пока она не взяла меня за руку и не развернула лицом к себе.
— Расскажи мне, что с тобой происходит. Почему ты так расстроена? Похоже, вы с МакКайлом нашли общий язык. Или я ошибаюсь?
Я уже открыла рот, чтобы скормить ей еще какую-нибудь ничего не значащую ложь. Но когда взглянула в ее любящие глаза, наружу вырвалась правда.
— Как-то ночью девушка-фея снова была здесь. Она не собирается держаться подальше от МакКайла, и я думаю, что она ревнует, так как я ему нравлюсь. — В глазах мамы мелькнул страх, и она остановилась. — Я не знаю, мам. Пожалуйста, не говори о ней Брогану. Мы пытаемся справиться со всем эти. МакКайл пытается порвать с ней, но сама понимаешь, ситуация непростая.