7 октября 1941 г.
И сегодня подъем ранний — в 4.15. Вместе с нами следуют артиллеристы, стрелки-мотоциклисты и другие подразделения. Прибыв к полудню в одну из деревень, видим, как понемногу подтягивается 13-я танковая дивизия, включая и наш 4-й танковый полк.
У въезда в деревню мост еле живой. На нем хлопочут саперы, по левую сторону уже наведен временный. У него скопилось множество грузовиков и техники. Время от времени налетают русские самолеты, сбрасывают в реку бомбы, обстреливают нас, но без особого успеха. Так как в этом селе не протолкнуться от людей, примерно в 15 часов едем в соседнее село, где раздобываем 25 гусей и где начпроды выдают нам 100 буханок хлеба.
Гуси ощипаны, теперь можно ехать и дальше. Жаль только, что 8 гусей не успели обработать, пришлось их оставить.
На этот раз пристроиться ехать при кухне не удается — все места заняты. Поэтому перебрасываю вещички к Круппу. Еду в коляске мотоцикла, который тянет на буксире унтер-офицер Бутула.
Грязища такая, что колеса мотоцикла просто скользят по ней, не вращаясь. В 21 час остановка, правда, никто не может объяснить почему.
Уже потом узнаю, что батальону предстоит овладеть каким-то населенным пунктом — Клюзенер доставил соответствующий приказ. Пока что в этом селе хозяйничают русские, наша штурмовая группа уже имела с ними дело. Унтер-офицер Клюзенер съехал с дороги, машину пришлось вытягивать.
Я продрог до костей, сидя в этой коляске. Час спустя возвращаемся за 5 километров в село, где мы ночевали в последний раз. В хату набилось людей, как селедок в бочке.
8 октября 1941 г.
Подъем в 6 утра, всей командой разделываем гусей. Я чищу картошку.
Внезапно команда: «Приготовиться!» Быстро сворачиваемся, следуем дальше. Сегодня снова жуткий холод.
Проехав 10 километров, останавливаемся там же, что и вчера. Я чищу оружие лейтенанта Барца, обстирываю его, словом, что-то вроде денщика. Снова проглядывает солнце.
Лангхаммер испек яичный бисквит.
В полдень двигаемся дальше.
В селе, где мы вчера располагались вместе со всей 13-й танковой дивизией, занимаемся раздачей еды. После еды — получение ротой довольствия, поскольку Хоппе с нами нет.
Я все кое-как раскладываю, и так тесно, становится еще теснее. Вечером суета, 1-й взвод еще не вернулся с задания — он в разведке. Сегодня мне в охранение не идти. И вот мы, человек под 50, заваливаемся спать в конюшне, рядом с лошадьми.
9 октября 1941 г.
Около полудня отправляемся дальше. Вся рота снова в сборе. В километре от нас снова падают бомбы. Вскоре гремят разрывы и метрах в 100–200 позади. Бомбы в цель не попали, ветер отнес их в сторону.
С трех сторон наша дивизия змеей вползает в какое-то село, занятое нами еще вчера. Местность постепенно становится холмистой, но деревни по-прежнему встречаются редко — каждые 20 километров.
Полевая кухня следует в обозе. Спереди на нас задувает огромные облака пыли. Когда мы ненадолго останавливаемся у балки, слева гремят выстрелы. Непродолжительная стычка с неприятелем. У стрелков-мотоциклистов один убитый.
Кёрбер захватывает в плен 8 человек русских, среди них один офицер, капитан. Краткая пауза, и снова вперед. Поднявшись на высоту, как на ладони видим село.
А чуть ближе зрелище не из приятных — дым, полуобгоревшие грузовики, а у въезда в деревню (в ней тысяч 8 жителей) все изрыто окопами.
И этими жалкими позициями они рассчитывали задержать нас? Вокруг масса трупов, брошенного оружия, противогазов.
Русские побежали, как зайцы, едва завидев наши бронетранспортеры. У первых домов села множество воронок от гранат. И снова трупы, трупы, трупы, люди и лошади, перевернутые мотоциклы.
Дивизия медленно входит в село. И за селом тоже позиции, тоже трупы погибших русских.
Те, кто оборонял эту деревню, так и не смогли устоять перед нашими танками.
Мимо тянутся бесконечные колонны русских пленных, направляющиеся в наш тыл. А мы продвигаемся дальше по всхолмленной местности, машина за машиной.
Никаким русским нас уже не сдержать, мы не даем противнику закрепиться на территории. Примерно через 70 километров маршевая колонна останавливается — впереди речушка шириной не более 10 метров.
Кое-кто из водителей пытается преодолеть водную преграду вброд, но слишком уж медленно это у них получается. Саперы приступают к наведению понтонной переправы.
Прикрываем технику дивизии мощной дымовой завесой.
Меня направляют на пулеметное охранение противотанковых орудий. Уже почти 22 часа. Ни одной хаты вблизи, ни даже стога соломы, у меня только одеяло. Сидя спим на тягаче, тащившем противотанковые орудия, поочередно сменяясь, стоим в охранении. Очень холодно. И тихо. Всего раз слышим пулеметную очередь бойцов охранения подразделения стрелков-мотоциклистов.