Выбрать главу

— У тебя будут большие неприятности, — чуть ли не равнодушно произнес он.

Найт уселся на полу, пытаясь прийти в себя.

— У вас тоже.

— Сомневаюсь, — усмехнулся Мацухаси.

— Я же тебе говорил, что мне все известно.

Аспирант застыл, потом положил трубку обратно на аппарат. Разобрать выражение его лица было трудно, но под напускной бравадой появилось что-то…

Что именно?

Любопытство? Тревога?

Возможно.

— Твоему боссу следовало бы хранить бумаги в более надежном месте, — продолжал Томас, ощупывая левое запястье, на которое Мацухаси надавил коленом.

— Что же тебе известно? — спросил аспирант. — Если что-нибудь интересное, возможно, я и не передам тебя в руки полиции.

Вот как? В данных обстоятельствах Томас был бы рад, если бы его просто арестовали за кражу со взломом. Тут было что-то не так. Может быть, Мацухаси действительно ничего не знает.

«Или хочет выяснить, что ты успел узнать, а потом перерезать тебе горло».

— Я уже сообщил своей знакомой обо всем, что здесь обнаружил, — солгал Томас.

— Нет, ничего ты ей не сказал, — спокойно ответил Мацухаси. — Я точно рассчитал свое появление.

— Ей известно достаточно, чтобы задать очень неприятные вопросы, — не сдавался Томас.

— О чем? — Аспирант начинал выходить из себя, думая, что Найт ведет какую-то игру.

— О результатах радиоуглеродных тестов, — сказал Томас.

— Ну и что? — усмехнулся Мацухаси. — Мы постоянно их проводим.

— Определяя возраст костей европейцев? — спросил Томас.

Он поставил на карту все. У него стиснуло горло, во рту пересохло.

— Эти тесты еще не сделаны, — возразил аспирант. — Кости только подготовили к отправке в лабораторию. На это потребуется время.

— Я имел в виду не те анализы, о которых Ватанабе расскажет прессе. Я говорил о других, которые он уже провел втихомолку.

— О чем ты болтаешь?

— Сам посмотри, — сказал Томас. — Результаты тестов были получены за десять дней до так называемой находки.

Мацухаси молча уставился на него. Присматривая за Найтом одним глазом, он медленно взял со стола бумаги, просмотрел их, помрачнел и застыл. Когда аспирант снова поднял взгляд, все его тело задрожало, искрясь нервной энергией.

Он был в отчаянии, в панике, но в голосе его прозвучал вызов.

— Это могут быть результаты каких угодно исследований. Если вы намекаете на подлог…

— Ты и сам все знаешь, правда? — оборвал его Томас. — Речь идет о двух ящиках древних костей, вывезенных, даже выкраденных из Италии вместе с серебряным крестом. Ватанабе привез их в Японию, но не собирался подбрасывать те, которые не были достаточно древними. Проверка на радиоуглерод быстро раскрыла бы обман, а большинство костей в Фонтанелле относится к эпохе Возрождения и более позднему времени. Ватанабе пришлось отобрать самые старые фрагменты, переправить их сюда, а затем провести тесты, определить, какие кости являются достаточно древними, чтобы подбросить их в захоронение культуры Кофун. Вот тогда находка будет сенсационной! Кости европейца на тысячу лет древнее всех тех, что были обнаружены до сих пор? Карьера Ватанабе была бы обеспечена.

Мацухаси ничего не говорил, не смотрел на него. Он не отрывал взгляд от листов с цифрами, и его глаза светились безумием.

— Достаточно старыми могли быть только кости, имеющие возраст около тысячи лет до настоящего времени, — продолжал Томас. — Именно они и были подброшены в гробницу культуры Кофун.

Мацухаси по-прежнему не смотрел на него. Он проверял и перепроверял цифры, изучал диаграммы, ища неточности.

— Теперь о других данных, — снова заговорил Томас, кивая на страницы с математическими формулами и результатами в миллиметрах. — Это ведь система определения расовой принадлежности на основе измерения костей, да?

Аспирант едва заметно кивнул, и Найт чуть не пропустил этот факт.

— Итак, Ватанабе выбрал кости, достаточно старые для культуры Кофун, — заключил Томас. — Затем он измерил лицевые кости, чтобы быть уверенным в том, что они принадлежат европейцам, и только после этого закопал их.

— Этого не может быть, — прошептал Мацухаси, по-прежнему не поднимая взгляд. — Ватанабе — великий человек. Он не мог так поступить.

— Позволь мне позвонить своему другу, — сказал Томас. — Я думаю, моя жена в опасности.

Но аспирант словно не слышал его, продолжая стискивать нож.

Машина набрала скорость.

— Вы живете вон там? — спросила Куми, глядя в окно на заросли бамбука, высокого и толстого, как телеграфные столбы.