— Ну что, сильно устала? — прервал неторопливое течение моих мыслей голос Рона.
— Терпимо, — отмахнулась я от его неожиданной заботы, изо всех сил борясь с желанием завалиться на спину и раскинуть в разные стороны руки, чувствуя себя выжатым лимоном.
— А ты держалась молодцом, не ожидал такого, если честно, — не желал сидеть в тишине мой спутник, разглядывая меня со странной смесью любопытства и недоверия. Как на диковинную зверушку, право слово!
Сильная физическая усталость и перенасыщенный эмоциями день сделали свое дело, притупив чувство неловкости и стеснения. Привычная сдержанность и хорошие манеры тоже временно отошли на второй план. Поэтому я, махнув рукой на приличия, поддалась соблазну и стряхнув со спины вещмешок, натянула на голову капюшон плаща и со стоном наслаждения вытянулась на мягкой лесной подстилке во весь рост.
Хуже Рон обо мне думать уже не будет, да и мне его мнение совершенно безразлично. После того, что я от него в последнее время наслушалась, желание разговаривать, если и не пропало, то притупилось основательно. Впрочем, прояснить некоторые вопросы нам все же придется, так что стремление моего спутника к разговору игнорировать не стоит.
Глядя на уже начинающее приобретать более глубокий синий оттенок небо, по которому еще проплывали редкие облака, я подложила руки под голову и усмехнулась:
— Думал, только на ручках могу кататься, да плакать от растерянности? — вышло грубовато, но ничего с этим делать мне не хотелось. Устала быть хорошей и вежливой с человеком, который все равно этого не оценит.
— Не ершись, Эрин. Я не хочу тебя обидеть. Просто имел ввиду, что поражен твоей выносливостью и присутствием духа. Другая бы на твоем месте давно ударилась в истерику, засыпая меня жалобами и упреками.
— Вижу, ты в принципе невысокого мнения о женщинах.
— Возможно, но у меня есть для этого причины. Впрочем, это относится не ко всем.
— Ну, хоть кому-то повезло заслужить твое доверие и уважение. Невероятно, но факт! — не смогла-таки удержаться от легкого укола.
Что-то я совсем расслабилась и раскрепостилась в общении с ним. Что стало тому причиной: невероятный по силе эмоций поцелуй или совместно пережитое приключение? Какая разница! Все же стоит немного отстраниться и не подпускать его слишком близко. А то так и до дружеской привязанности недолго, особенно, если он и дальше будет так спокоен и открыт в общении.
Вот только виконта мне в хороших друзьях не хватало, у которого отец, аж целый герцог! Знаем мы уже, чем подобная дружба заканчивается. Так что пора снова устанавливать дистанцию. С ней спокойнее.
И начать лучше с чего-то нейтрального:
— Кстати, если мы здесь до утра, может, поедим и ляжем спать пораньше? Вечереет.
— Согласен. Утром выйдем рано, поэтому отдохнуть после такого насыщенного дня просто необходимо.
— А вдвоем в землянке поместимся? Или одному из нас придется устраиваться снаружи?
— Ты в любом случае ночуешь внутри, а я — по обстоятельствам. Может, и вместе поместимся. Как говорится: в тесноте, да не в обиде! Так даже теплее будет.
Еще бы, если вдвоем туда втиснемся, тут не только тепло — жарко станет! Мда. А вариантов-то немного. Положа руку на сердце, себе я могла честно признаться, что спать в лесу на голой земле, да еще и в одиночестве — не просто не хотела, а откровенно боялась. Причем явно больше, чем ночевки в одной землянке вместе с малознакомым и явно негативно настроенным ко мне мужчиной.
Можно было бы, конечно, задрать нос и заявить, что в обнимку я с ним лежать не намерена, а потом гордо расстелить свое одеяло снаружи, но это уже попахивало откровенной глупостью. А выгонять из землянки Рона по той же причине — свинством. Поэтому я ограничилась согласным кивком и снова приняла сидячее положение, стряхивая налипшую на плащ хвою.
— Но сначала — поесть! Ты меня в прошлый раз кормил, так что теперь моя очередь запасы тратить, — потянувшись к своему вещмешку, перетащила его к себе на колени, развязала шнурок, стягивающий горловину, и стала перебирать содержимое в поисках съестного. Найдя полупустую флягу, потрясла ее в руке и спросила у до сих пор почему-то неподвижно сидящего мужчины: — Рон, у тебя во фляге вода еще есть? У меня мало осталось. Надо бы пополнить запас.
— Осталось… — мне показалось или голос его прозвучал чуть сипло?
Подняв голову и пристально присмотревшись к сидящему рядом спутнику, сейчас преувеличенно осторожными движениями снимающему с плеча одну из лямок вещмешка, почувствовала неладное. Слишком он бледный какой-то, или это освещение так падает? Присмотрелась еще внимательнее: зрачки сужены, лоб в легкой испарине, заторможенность реакции — странно все это. Подозрительно, надо бы найти причину такого состояния. Поэтому стоило только Рону, неосторожно двинув рукой, зашипеть от боли, я тут же, спихнув вещи на землю, оказалась рядом с ним.