Недалеко – оказалось примерно в двух километрах от школы, а ехать на общественном транспорте экономный Гоша не пожелал.
– Ты где таким штучкам научился? – спросил он с завистью, когда они шагали по направлению к месту своего назначения, – тренировался в какой-нибудь спецсекции?
– Занимался восточными единоборствами, – туманно пояснил Роба, имевший весьма отдаленное понятие об этих самых единоборствах.
– Дзюдо, ушу, таэквондо?
– Дзюдо, – это слово Роба, по крайней мере, знал.
– Здорово! Так ты и прыгать по всякому умеешь? Видал, что Брюс Ли выделывает?
Брюса Ли Роба видел в фильмах-боевиках, поэтому утвердительно кивнул головой.
– И сейчас занимаешься?
– Нет, – односложно ответил Роба.
– Бросил, что ли? Это зря…
– Секцию закрыли, – соврал Роба, который уже жалел, что помянул о занятии восточными боевыми искусствами.
– Да, – согласился неожиданно Гоша, – нас тоже власти гоняли, даже за бокс. Мол, на общественных началах нельзя, надо лицензировать, за плату и прочее. А где бабок на все напастись?
Он вздохнул. Роба знал, что у новоявленного соратника нелегкая жизнь, поэтому кивнул головой и тоже вздохнул.
– Так, ты и мне мог запросто накостылять?
– Мог.
– А чего не поколотил? Пожалел, что ли?
– А зачем?
– Как зачем – я же тебе врезал?
– Ну и что? Ты же не со зла. Если бы я тебе ответил тем же – врагами стали бы…
– Это верно.
– Ну вот. А с Пин-Поном я как-нибудь попозже еще разберусь, подлая у него натура.
– А ты, неплохой пацан, – Гоша взглянул на Робу как-то по новому, – давай будем корешиться.
– Давай, – и по заведенной традиции Роба звонко ударил своей открытой ладонью по подставленной ладони новообретенного друга.
Наконец, они подошли к задней части какого-то обшарпанного двухэтажного здания. Гоша спустился по ступенькам к подвальной двери и постучал условным стуком. Дверь открылась сразу же, а за ней обнаружился парнишка в черном трико с короткой спортивной стрижкой.
– Это со мной, – важно проронил Гоша, проходя мимо него и поманив рукой Робу.
– Это что – запрещенная секция? – шепотом осведомился Роба, которому все больше не нравилась эта затея.
– Нет. Секция официальная, числится при ЖЭКе, – пояснил Гоша, – просто все норовят какие-то деньги сорвать. То пожарники, то санстанция, то налоговая… А Михалыч за бесплатно нас тренирует, да еще и платить, что ли, должен всем этим обиралам…
– Понятно.
Спортивный зал, однако, оказался настоящим – с рингом, матами и различными спортивными снарядами, хотя и не новыми, но выглядевшими вполне прилично. На ринге обменивались ударами два подростка в кожаных боксерских перчатках, еще трое занимались на спортивных снарядах.
Михалыч оказался, хотя и в годах, но крепким мужчиной, высоким, широкоплечим и со спортивной осанкой, которую несколько портил намечавшийся животик.
– Здорово, Михалыч! – Роба со всеми был запросто, – во, я тебе мухача привел. Ты, кажется, полтинник обещал тому, кто тебе доставит…
Тренер кивнул головой в ответ на приветствие и глянул в сторону Робы.
– Боксер? – спросил он.
– Нет.
– И никогда не занимался боксом?
– Нет.
– Да, ты посмотри его в деле! – вмешался вездесущий Гоша, – с такой реакцией, как он счас продемонстрирует, ты из него за месяц чемпиона слепишь.
Тренер глянул на Робу весьма скептически, и Роба приободрился, надеясь получить полный отлуп. Он заметил, что и у самого Михалыча нос искривлен еще почище, чем у Гоши.
– У меня и так нос неважный, – подумал он, – курносый и короткий, так из него здесь еще расплющенную картошку сделают. Никакая наташка уже в его сторону не глянет.
– Михалыч! Ну, ты просто попробуй, – уже умоляюще произнес Гоша, – не потянет – ну, что ж…
– Форма есть? – это уже Робе.
– Нету, – ответил за него Гоша, но я в кладовке пошарю – что-нибудь подыщем…
– Ну, идите – переодевайтесь и ко мне.
Робе достались настоящие просторные и длинные темно-синие трусы с белыми полосками по бокам. Перчатки показались ему чересчур громоздкими и неудобными. Переодеваясь, Роба включил волшебную пластинку и постарался передвигаться плавно и медленно. Пластинку, поколебавшись он сунул в плавки, которые были на нем. Когда они возвратились к Михалычу, тот стоял с надетым на левую руку большим черным кожаным прямоугольником.
– Таким звезданет – мало не покажется, – с опаской подумал Роба, – и почему только на одной руке?
– Бей! – приказал Михалыч и поднял руку со странной единственной перчаткой вверх прямо к левому плечу.
Роба криво размахнулся и, ударив его в правое плечо, резво отскочил назад, ожидая ответного удара.
– Никакой техники…, – поморщился Михалыч, – и куда ты лупишь? В лапу бей… Да, обоими кулаками.
– В какую лапу? – растерялся Роба.
– В эту! – рявкнул тренер, ткнув пальцем в кожаный прямоугольник, – давай, серию из пяти ударов!
– Давай же! – прикрикнул и Гоша, – по центру старайся попасть.
Позабыв о должной сдержанности, Роба быстро, мгновенной очередью, вбил пять ударов по центру лапы. Михалыча качнуло и развернуло боком.
– Откуда такая силища в этом хлюпике? – мысленно поразился он, – и скорость ударов черт-те какая…
Гоша тоже раскрыл рот. Сдвинуть с места тренера, в котором почти центнер веса…
– Сила ударов у тебя приличная, – констатировал, тем временем, Михалыч, – и быстрота их завидная. Однако, технически, они совершенно безграмотны. Ты бил, как заяц по барабану. К тому же совершенно открывшись, забыв о защите.
– Ты его в защите и попробуй, – встрял опять Гоша, – вот, где он мастак. А, техника…. С техникой же не рождаются… Научится.
– Сейчас попробуем, – согласился Михалыч.
Было видно, что он тепло относится к Гоше, даже разрешая мальчишке называть себя на "ты". Гоша, в свою очередь, смотрел на него обожающими глазами, и, возможно, чтобы скрыть это, позволял себе эту нарочитую грубость в обращении.
– Витек! – громко позвал Михалыч.
Один из мальчишек, занимавшийся на тренажере беговой дорожки, тотчас подбежал к ним. Был он невысоким, но плотным и очень подвижным.
– Поработай с ним в спарринге! – тренер ткнул рукой в сторону Робы, – только смотри, не зашиби. Вполсилы. Парень – новичок в боксе.
– Ага, – согласился Витек, – сейчас только перчатки надену.
На настоящий ринг Роба попал впервые, и он вовсе не показался ему просторным. Когда смотришь по телику, кажется, что у боксеров полно места для маневра. На самом деле – не очень-то. Впрочем, Робу это не беспокоило, бегать от противника он не собирался.
Витек не зря казался очень расторопным. Казалось, он был всюду. Ловко пританцовывая, он бил спереди, с боков и даже ухитрялся оказаться сзади. Роба вначале только уклонялся от ударов, держа руки в перчатках перед своей грудью. Со стороны это было довольно эффектное зрелище – град ловких разносторонних ударов и ни один не попадал Робе в голову. Тогда Витек сменил тактику и стал бить, то по корпусу, то в голову, то по плечам. Вроде и увернуться от них было невозможно, и все же все удары попадали в пустоту.
Михалыч и Гоша наблюдали за этим удивительным зрелищем вначале молча, раскрыв рты. Витек же был обескуражен – даже прибавление темпа не давало результатов. Видно было, что он начал уже злиться и применять коварные обманные удары, делая ложные замахи и неожиданно, на ходу, меняя направление.
– Брэк! – опомнился, наконец, Михалыч.
Витек послушно опустил руки и отступил в свой угол. Роба продолжал стоять все в той же позе посередине ринга, не поняв команды.
– Ты что – специально по нему мажешь? – обрушился тренер на Витька, хотя своими глазами видел, что это не так.