Он не заметил, как пролетели двадцать минут, что Дор провел с Саболой. Лишь увидел, что, когда тот вышел из его камеры, его губы были почти белыми, а в глазах плескалось смятение. Прежде, чем он успел спросить, о чем они говорили, герцог сказал:
— Никаких вопросов, Мариан. Не сейчас.
Приехав во дворец, Мариан сразу же поднялся в свои покои. Он спешил вернуться. Его мучили подозрения, что к произошедшему в тюрьме причастна Кордия и ему нужно было с ней поговорить. Убедиться, что с ней все в порядке. Он сам не понимал, почему волнуется за нее. По крайней мере, мысли о ней отвлекали его от душевных терзаний.
Войдя к себе, Мариан увидел Грету спящей на кушетке. Она заснула в неудобной позе, ее лицо показалось ему воспаленным, будто она температурила. Он перевел взгляд на постель и увидел Кордию, которая разметалась на подушках. Вид у нее был безмятежный, грудь тихо вздымалось. На скуле было красное пятно как от удара. Девушка крепко спала. Он взглянул на часы. Время перевалило за полдень. Чем таким эти девицы занимались всю ночь, что никак не встанут? Он бесцеремонно потряс Грету за плечо, и та испуганно уставилась на него.
— Как прошла ночь? — спросил Мариан.
— Спокойно, — зевнув, ответила Грета. — А должно было что-то произойти?
— Что-то я тебе не верю, — сказал Мариан, окидывая Грету взглядом. Ему хотелось влезть ей в сознание, чтобы прочесть последние воспоминания, но он сдержался. Он подумал, что Грета слишком разумна, чтобы лезть в приключения, но покрывать Кордию, конечно может.
— Вам бы поесть и умыться, — заботливо сказала Грета, подойдя к нему почти вплотную. Он ощутил тепло ее тела мягкий запах исходящий от ее кожи. — И после вы иначе посмотрите на мир, обещаю.
Их взгляды встретились и Мариан невольно улыбнулся. Грета сделала небрежный реверанс и вышла из покоев.
Мариан бросил плащ и расстегнул ворот камзола. Ворон, недовольно каркнув, взмыл вверх и сел на шест, специально для него сделанный. Грета принесла ему тазик и кувшин с водой. Он тщательно умылся, желая смыть себя не только дорожную пыль, но всю ту боль, которая въедалась в него с каждой секундой все глубже.
Кордия проснулась и села на кровати. Белокурые пряди волнами упали ей на грудь. Она потерла глаза и уставилась на Мариана, который вытирал лицо.
— Доброе утро, — пробормотала она и спрыгнула с кровати.
— Не такое уж оно и доброе, — сказал Мариан и, отбросив мокрое полотенце в сторону, вплотную подошел к девушке. — Твой брат мертв, Кордия. Что ты на это скажешь?
— Нет, — прошептала девушка и ее зрачки расширились. — Нет… Как это случилось?
— Ты не знаешь? Правда? — схватив ее за локоть, он резко привлек ее к себе. Она подняла на него глаза, такие чистые и невинные, что ему даже на миг стало стыдно.
— Мариан, пожалуйста, — прошептала Кордия. — Ты ведь запер двери заклятьем…
— Перед отъездом я снял его, чтобы ты не была затворницей.
— Надо же, а мы не заметили.
— Где Августин? — проорал Мариан, и девушка вздрогнула. — С кем ты провернула эту авантюру?
— Со мной, — разглаживая ткань на переднике, спокойно сказала Грета. — Вы уже искрите, ваше чародейство. Вряд ли вам нужен очередной пожар в покоях. Возьмите себя в руки.
— Хватит мне указывать, что делать, — холодно сказал Мариан. — Вы хоть понимаете последствия того, что сделали?
— Конечно. Поэтому больше ничего тебе не скажем, — сказала Кордия, и он отпустил ее. — Тебе не о чем беспокоиться. Мы не втянем тебя в это.
Мариан обреченно закрыл лицо руками. Ворон тревожно каркнул, свесившись вниз.
— Я сейчас сделаю вам травяной чай, — сказала Грета, мягко проведя рукой по его плечу. — И вас отпустит.
Подавив вздох, Мариан подумал, что этого уже никогда не случится. Грета ушла, и они остались с Кордией вдвоем. Она стояла посреди комнаты, одетая в розовую ночную сорочку в пол, подчеркивая ее стройную фигуру. Ему захотелось сгрести ее в объятия и целовать до тех пор, пока ему хватит воздуха, но он не шевельнулся. С будущей женой Дора ему точно нельзя позволять себе таких вольностей.
— Мариан, у тебя все в порядке? — подходя к нему, спросила Кордия. Он мотнул головой. — Я могу тебе помочь?
— Не думаю, что это возможно. Но спасибо за чуткость, — сухо сказал он. Кордия встала на цыпочки и поцеловала его в лоб. И спешно, будто испугавшись его реакции подошла к туалетному столику.
— Когда Бернарда нашли повешенным, — сказала она, вытаскивая что-то из шкатулки. — За отворотом рукава я нашла вот эту бусину. Она показалась мне знакомой, и я не отдала ее Дору сразу, надеясь, что вспомню, где ее видела. Но я не вспомнила. Передашь ему?
Чародей взял в руки белый камень, похожий на большую жемчужину и пробежал глазами по полустертой гравировке.
— Я знаю, кому это принадлежит, — глухо сказал он, сжимая жемчужину в кулаке. Кордия вопросительно посмотрела на него. — Дор, будучи еще подростком подарил это Альбе, своей невесте. А потом она перешла…
— К кому? — спросила Кордия, когда молчание Мариана затянулось, потому что он считывал то, что впитала в себя жемчужина. Вещи сохраняли только самые яркие эмоции, что-то банальное и повседневное откладывалось в них энергией, похожей на дым. Но были в нем и моменты, когда новый владелец камня целовался с Альбой, когда они занимались любовью и он клялся ей в верности. Как переживал убийство своего племянника, чтобы скрыть тайну его женщины.
— Штефану, — выдохнул Мариан и Кордия прижала руки к щекам. Тихо охнула и опустилась на ковер. — Это он убил Грега.
— Я не…не хочу в это верить, — тихо прошептала она. — Бедный Дор…
В покои вернулась Грета, неся поднос с чаем и печеньями. Поставила его на стол, и помогла Кордии сесть на кровать. Деловито укутала ее плечи шалью, а потом бросила на Мариана укоризненный взгляд, мол, довел человека. Тот отвернулся, перекатывая на ладони жемчужину. Пожалуй, такое известие для Дора и правда будет слишком.
Короткий стук в дверь нарушил его размышления. В покои вошел Дор. Бросил беглый взгляд на Кордию, которая пила чай и переключился на чародея.
— Дурные новости, Мариан, — сказал он и закашлялся. — Генерал Клавель арестовал Альбу и ее мужа, но на пути сюда на них напали. Генерал убит, а задержанные исчезли. А еще… Через пару часов здесь будет первый лорд Касталии.
Кордия поперхнулась чаем и испуганно уставилась на них.
— Что ж, самое время поговорить с принцессой и объявить ей, что ее жених мертв, — сказал Мариан и посмотрел на Кордию. — Мы нашли Дамьяна и он действительно умер.
— Нет… — прошептала она, поняв, что за этим последует, и чашка с чаем выпала из ее пальцев. Она побледнела и Мариан подумал, что она сейчас потеряет сознание, но этого не произошло. Девушка плотно сжала губы и уставилась в одну точку. — Нет.
— Мариан, пойдем, — сказал Дор, кивая в сторону двери. — Нужно решить все быстро, пока ситуация не вышла из-под контроля.
Чародей кивнул и двинулся за герцогом.
— Пожалуйста, сделай так, чтобы он не мучился, — тихо проговорила Кордия, и Мариан обернулся. — Знаю, что Лейф этого не заслуживает, но пусть умрет быстро. Это все, о чем я тебя прошу.
Мариан кивнул и вышел из покоев. Он знал, что не сдержит это обещание. Но мертвый Лейф вряд ли донесет на него, правда?
— Что тебе сказал Сабола? — спросил Мариан, когда они подходили к покоям Лейфа.
— Что есть некий пожирающий магию, — сказал Дор и остановился. — И он может мне помочь освободиться от проклятия. Но чтобы он сказал, где найти этого типа, я должен оказать ему одну услугу. И в этом главный подвох его просьбы.
— Не сомневаюсь, это же Сабола, — грустно усмехнулся Мариан и взяв пальцами ручку двери, заметил, что она теплая. Это насторожило его, и он помедлил, прежде чем толкнуть дверь. Прислушался, но не уловил ни звука. Сердце кольнуло нехорошее предчувствие. Он начал считывать с пространства, но его сознание тут же затопила темнота. Пошатнувшись, он успел упереться в стену, чтобы не упасть.