Выбрать главу

— Но что, если ты беременна?

Все удовольствие, вызванное его приездом, исчезло.

— А если это так, я что, должна перестать ездить верхом? — бросила она. — Неужели моя жизнь должна остановиться только потому, что я ношу ребенка Пола Хакстера?

— Я считал тебя разумной, — проскрежетал он. — Да, я бы предпочел, чтобы ты перестала ездить верхом.

— Держу пари, что ты не будешь останавливать меня, когда я буду скакать верхом сегодня ночью, — язвительно заметила она. — В конце концов, может быть, я еще и не беременна. А это главная твоя цель, не так ли? Обрюхатить меня?

— Сэм, ради Бога…

— Оставь, Пол, это всего лишь сделка, разве ты забыл? Твои миллионы в обмен на мое чрево. Неужели ты думаешь, что весь этот великолепный секс помутил мне разум? О нет, Пол, я точно знаю цену нашим с тобой отношениям.

— И какова же она, Сэм? — процедил он сквозь зубы, вцепившись в рулевое колесо так, что побелели костяшки пальцев.

— Ноль.

— Это не так.

— Наш брак будет притворством, и ты знаешь это. Так о чем беспокоиться? Забирай свои два миллиона серебром. Я рожу тебе этого ребенка, поскольку, возможно, уже залетела. Но я не выйду за тебя замуж. Цена слишком высока.

В течение нескольких секунд он смотрел на нее яростным взглядом.

— Джилл едет следом за мной, — сказал он, стараясь вернуть себе спокойствие. — Так что отложим этот спор на потом.

— Никакого спора позже не будет. Я уже все решила. Свадьба не состоится, Пол. И это мое последнее слово!

Его лицо словно окаменело.

— Ты это не всерьез.

— Всерьез.

— Я думал, что небезразличен тебе.

— А я думала, что небезразлична тебе! — возразила она, сдерживая слезы. — Но это не так. Скажи мне, Пол, что так задержало тебя, когда я позвонила вчера ночью. У тебя были гости, не так ли?

Что-то промелькнуло в его взгляде.

— Боже, значит суперсука была у тебя. — Сэм побледнела. — Ты был с ней в постели, когда я позвонила!

— Конечно нет. Не говори глупостей.

Подозрения быстро сменились негодованием, рожденным болью.

— Глупости? Я покажу тебе, насколько я глупа. Я хочу, чтобы ты немедленно убирался вон — отсюда и из моей жизни! Я верну тебе все до последнего пенса, даже если мне придется продать всех до единой лошадей, которые мне принадлежат. И вот еще что: если я рожу твоего ребенка, ты никогда не увидишь его. Никогда!

Она натянула повод, пришпорила лошадь и поскакала обратно еще бодее безрассудно, чем скакала навстречу Полу. Не заботясь о своей безопасности, не заботясь ни о чем. Слезы застили ей глаза, но она брала одну изгородь за другой до тех пор, пока между нею и Полом не образовалось достаточное расстояние и пока глаза не перестали видеть совсем. Только тогда она остановилась, не зная где, сползла с лошади, прислонилась к ее потному боку и, вцепившись в седло, зарыдала.

— Зачем же такой счастливой девчушке выплакивать себе глаза?

Сэм быстро обернулась, отбросив волосы с мокрого лица, и ошеломленно заморгала. Майкл, прислонившись к ближайшей изгороди, внимательно изучал ее.

Смущение заставило Сэм немедленно броситься в атаку. Она смахнула слезы тыльной стороной ладони и вызывающе вздернула подбородок.

— Счастливая? Это я-то? С чего вы взяли?

— У вас такое чудесное поместье. Сотни потрясающих лошадей. Два прекрасных жеребца и еще один, который внушает надежды. И в довершение всего вы вскоре выйдете замуж за человека, который, как я слышал, без ума от вас.

— Пол? Без ума от меня? — Сэм расхохоталась. — Вы должно быть, шутите. Единственный, кто ему небезразличен, — это он сам!

Майкл выглядел по-настоящему изумленным.

— Вы уверены, что мы говорим об одном и том же Поле?

— Другого здесь нет.

— Рита сказала, что на него можно положиться.

— Откуда ей знать? Она так же наивна, как и Хелен. Господи, если бы только здесь была моя мать! Только мама любила меня, — пробормотала Сэм.

— Я тоже тебя люблю.

У Сэм потрясенно округлились глаза.

— Вы сошли с ума! Вы меня даже не знаете. С чего это вдруг… Да вы годитесь мне…

— В отцы, — закончил за нее Майкл, улыбнувшись странной, печальной улыбкой. — Поэтому я тебя и люблю.

— Что?!

— Я твой отец.

Сэм, лишившись дара речи, только смотрела на него.

— Прости, — продолжал он. — Мне не следовало так запросто вываливать это на тебя.

Сэм все смотрела и вдруг начала обнаруживать сходство между ними. Такие же глаза. Такой же нос. Линия подбородка.

— Ты мой отец, — тихо произнесла она. Это была констатация факта, а не вопрос.