Она очень хотела, чтобы он занялся ее обучением. Правда, в несколько ином плане. Она хотела познать то, что происходит между мужчиной и женщиной, когда они остаются наедине. Она хотела познать его.
Острое желание пронзило ее — впервые в жизни.
Но если Дункан возьмется учить ее тому, что должен знать о любви мальчик…
— Сейчас мне лучше сосредоточиться на латыни, чтобы не опозориться перед королем.
Его ладонь, теплая и тяжелая, легла на ее шею и легонько потрепала ее.
— Наконец-то ты взялся за ум. — Он встал. — Я не наелся. Пошли поглядим, не осталось ли на кухне сыра.
Тем вечером они больше не говорили о серьезных вещах, но ее бедное, истомившееся под перевязью тело болезненно откликалось на каждый жест его пальцев, на каждое движение губ. «Перестань отрицать свою сущность», — кричало оно. — «Можешь игнорировать меня сколько хочешь, в конце я все равно предам тебя».
Разговор с Дунканом о любви, о браке, о доме разбередил рану, которую невозможно было исцелить. И рядом не было женщины, с которой можно было бы поделиться.
Сегодня мир мужчин преподал ей еще один урок. Делай вид, что тебе не больно, и держи свои дурацкие чувства в узде.
***
Несколько дней спустя Джейн сидела внизу и горланила наравне со всеми скабрезные песенки, мысленно радуясь, что мать ее не слышит. Иначе ее, несомненно, ждал бы серьезный выговор.
Мужчины, как она отметила про себя, тратили до неприличия много времени на мысли и разговоры о физических отношениях с женщинами.
— Как разошелся сегодня Маленький Джон. Глаза так и горят! — рассмеялся, глядя на нее, Дункан. Песня закончилась, но его пальцы продолжали неутомимо перебирать струны. — Похоже, не терпится познать радости плоти.
Наедине с ним она бы непременно сконфузилась, но в компании приходилось следить за собой и не забывать реагировать по-мужски.
— Не суди по себе, — огрызнулась она, заерзав на скамье. — И не приписывай мне свои грешные мыслишки.
— Прекратите вы оба, — сказал Джеффри. — Давайте лучше споем что-нибудь из репертуара трубадуров.
На лицо Дункана набежала тень.
— Куртуазным стишкам я предпочитаю старую добрую приграничную балладу.
Генри засмеялся.
— Джеффри втрескался по уши. Он может думать только о любви-и, — пропел он, заморгал глазами и, виляя задом, прошелся по комнате, передразнивая женскую походку.
Джеффри отвесил приятелю такого тумака, что тот, хохоча, завалился на пол.
— Мне, в отличие от вас, повезло заполучить девушку, которая принимает меня таким, какой я есть. Вы, болваны, на такую удачу можете даже не облизываться.
— Не больно-то и хотелось, — отозвался Дункан и, когда Джейн перехватила его взгляд, отвел глаза в сторону, будто бы сожалея о том, что недавно разоткровенничался перед нею.
Она вдруг вспомнила, как до слез смешила сестру, пародируя ужимки придворных дам. Ничего сложного — знай себе делай реверансы да жеманно закатывай глаза. У нее получится гораздо смешнее, чем у Генри.
— Женатым приятно быть ночью, а наутро — не очень! — выкрикнула она и, вскочив на ноги, поплыла по комнате — плавно качая бедрами, надувая губки, стреляя глазами из-под полуопущенных ресниц — в общем, изображая ужаснейшую из кокеток.
Вся компания восторженно взвыла.
Польщенная их реакцией, она профланировала обратно к столу. И вдруг заметила, что Дункан уже не смеется. Лицо его сделалось напряженным, и когда их глаза встретились, в его взгляде установилось какое-то новое выражение.
Как если бы он узрел ее истинную сущность.
Она резко перестала кривляться и села. Схватилась за кружку, сделала большой глоток эля и рукавом вытерла пену со рта. Потом развалилась на лавке, пошире раздвинув колени, и постаралась издать отрыжку, достойную настоящего деревенского мужика.
Глупая, глупая… Нельзя, чтобы тебя даже в шутку считали женщиной! Что, если он все понял?
***
Выдавив сквозь зубы смешок, Дункан убрал руку под стол, поправляя… что?
Дурацкая выходка Джона пробудила в нем — что ж, надо называть вещи своими именами — физическое желание. Неудивительно, что мужчинам запрещено рядиться в женское платье. Нет, определенно, у него слишком давно не было женщины, если он так возбудился при виде мальчишки, который изображал девушку.
Он знал, что ему поможет. Дальше откладывать некуда.
Глава 9.
В один из вечеров, не сказав никому не слова, Дункан ушел в город. Минуло несколько часов. Отзвонили вечерние колокола. Наступила ночь, но он не вернулся.
Слоняясь возле окна, Джейн поглядывала в темноту и молилась о том, чтобы ее тревоги оказались напрасны. В конце концов, он взрослый мужчина, с двумя здоровенными кулаками, и способен постоять за себя. Ему не нужна нянька.
Но он сам предупреждал ее, что на улицах небезопасно. Сегодняшнее заседание парламента давно закончилось. Ярмарка закрылась еще вчера. Куда он мог запропаститься?
Потом она услыхала шаги. Слетела вниз по лестнице и с размаху врезалась в Дункана, который как раз открывал дверь.
— Какого черта…
— Где ты был? — перебила она его.
— Уйди. — Он отодвинул ее в сторону и шатко побрел к себе. Сколько же эля он выпил?
Она побежала следом, зашла в его спальню. Он сидел спиною к ней на кровати и расшнуровывал свои короткие кожаные башмаки.
— Что случилось? Где ты пропадал?
— Иди спать.
Это был не ответ.
— На кухне осталась селедка. Принести, если ты голоден?
— Нет. — Он даже не повернул головы.
— Я, между прочим, волновался. — Она прикусила язык. Упрек прозвучал слишком по-женски.
Он встал и развернулся к ней так стремительно, что едва не упал.
— Тебе не все равно? Я не обязан перед тобой отчитываться!
Но, вопреки ее воле, ей было далеко не все равно.
— Уже давно стемнело, а тебя все нет и нет. Гулять по ночам опасно, ты же сам говорил…
— Я был с женщиной.
— О. — Она опешила. В ее голове нарисовалась омерзительная картинка. Дункан. Женщина. Он целует ее, трогает ее груди, входит в нее… Внезапно ей стало нечем дышать. — С женщиной?
Она возненавидела эту женщину.
Кто она такая? Где они познакомились? О чем говорили? Делился ли он с нею своими мечтами, своею тоской по родине или без лишних слов уложил в постель и удовлетворил себя, придерживаясь правила сторониться любых чувств, кроме похоти?
Но для этого он отсутствовал слишком долго.
— С женщиной. Что тебе не понятно? С развеселой пышной бабенкой. — Он выставил перед собой руки. — С вот такущими титьками.
Джейн подавила ревность. У нее не было права ревновать. Она лишилась его в тот момент, когда спрятала свою грудь под мужским платьем.
— Ну, надеюсь, позабавился вдоволь. — Подражать его выговору стало вдруг неприятно. Таким образом она будто бы превращалась в его соучастницу в мужском заговоре против женщин.
— А то. — Однако ни в его тоне, ни в жестах и близко не чувствовалось того удовлетворения, которое снисходило на мужчин после соития. — Выметайся.
Он повалился на кровать и прикрыл глаза ладонью. Вторая его рука шевельнулась в сторону двери, прогоняя ее прочь.
Джейн вздернула подбородок, но заставить себя кивнуть не смогла.
— Добрых снов. — И не успела она выйти за порог, как он захрапел.
***
— Парень, подымайся. Я тебе кое-кого привел.
Еще в полусне она поняла, что Дункан опять до крайности пьян. И мстительно пожелала, чтобы он поплатился за это больной головой и желудком.