— Утром так утром, — согласился Алексей. — Пошли, братцы, спать!
Едва посветлел восток, как охотники в сопровождении пограничников были возле болотца. Гюрзы встречались чаще, но они были очень осторожны и при малейшем шорохе быстро скользили в густые заросли, где отыскать их было невозможно. С большим трудом охотники поймали двух небольших змей.
Костя был расстроен.
— Опоздали, — сказал он. — Жарко, и змеи очень активны. Мы почти без пользы потеряли все утро. Нужно ехать в горы — там прохладнее и змеи выходят с зимовок позднее. Проверим еще завтра утром и тогда решим, что делать. Пошли на стоянку.
— Хотите посмотреть оленей? — спросил на обратном пути сержант.
— Это далеко?
— Не очень, с километр отсюда, но половину этого расстояния нужно будет ползти. Шуметь нельзя, иначе спугнем зверей и ничего не увидим.
— Ну как, идем? — спросил друзей Костя.
— Что за вопрос, конечно! — ответил за всех Илларионыч.
Сержант свернул в гущу зарослей, все шли за ним. Подойдя к лазу, уходившему в глубь непроходимого тугая, лейтенант шепотом сказал:
— Сейчас поползем по кабаньей тропе. Метров пятьсот. Выдержите?
— Выдержим, — ответил за всех Алексей.
— Ну тогда не шумите и держитесь за мной. — Сержант лег на землю и юркнул в узкий лаз.
Один за другим охотники ныряли в узкий коридор между зарослями. Ползли долго. Временами можно было ползти на четвереньках. Это давало облегчение, но скоро кусты, переплетенные вьющимися растениями, снова почти полностью преградили путь, оставляя только низкий пролаз над самой землей. Снова нужно было ложиться на живот.
На сырых участках земля была истоптана множеством острых свиных копыт. Пот заливал охотникам глаза, в ушах звенело от напряжения, но они продолжали бесшумно ползти за пограничником. Лаз расширился и вышел на большую поляну. Сержант повернулся к охотникам и приложил палец к губам, требуя абсолютной тишины. Потом знаком он показал охотникам, чтобы они оставались на месте, выполз на поляну, приблизился к большому кусту и, раздвинув высокую траву, выглянул из-за него. Несколько минут он внимательно осматривал поляну, потом бесшумно повернулся к охотникам и поманил их рукой к себе. Они подползли, и пограничник укачал рукой влево.
Не далее чем в ста метрах от них, в тени деревьев, стоял большой олень с короной ветвистых рогов над головой. Он то щипал нежную зеленую травку, то поднимал голову и прислушивался. Чуть поодаль паслись две безрогие самки — лани, а возле куста лежала третья. Грациозные, стройные животные не замечали охотников и вели себя очень непринужденно. Олень, пощипав травку, прислушался, но не обнаружив ничего опасного, запрокинул голову и рогами почесал себе спину. Одна из самок, вдруг оттолкнувшись всеми четырьмя ногами, взвилась в воздух и, игриво подскочив к подруге, боднула ее в бок безрогим лбом. Та, вступив в игру, отпрыгнула в сторону и подставила нападавшей вместо бока крепкий лоб. Через минуту обе опять спокойно паслись.
Было странно видеть этих осторожных редких животных, так спокойно пасшихся и игравших на глазах у людей. Забыв обо всем на свете, охотники любовались оленями. Так прошло несколько минут. Внезапно сзади кто-то ухнул, да так, что все вздрогнули. В тугае раздался громкий топот и треск. Олени мгновенно исчезли, будто их и не было на поляне.
— Вот окаянные, — сказал пограничник. — Какую красоту спугнули.
Тревогу подняли дикие свиньи. Они шли по тропинке, возле которой лежали охотники. Наткнувшись на людей, вожак свиного стада громким уханьем предупредил своих соплеменников об опасности. Испуганные свиньи бросились бежать по тугаю. Долго еще слышали охотники треск ломаемых веток и разрываемых кустов.
Уханье кабана-вожака и шум, поднятый его стадом, встревожили оленей, и они унеслись в глубину зарослей.
— Пошли, — поднялся пограничник. — Теперь олени нескоро сюда вернутся.
— Лейтенант говорил нам, что здесь есть и маленькие оленята, — обратился к пограничнику Алексей. — А мы почему-то их не видали.