Выбрать главу

Боюсь, никому из вас не приходилось встречаться с Джорджем Притчардом? Потрясающий человек. Таких на свете мало. Его жена — она умерла, бедняжка, — устроила ему, мягко говоря, нелегкую жизнь. Она считала себя полным инвалидом и, думаю, в самом деле была нездорова. Но еще больше козыряла своей болезнью, чтобы помучить окружающих. Капризничала, все время что-нибудь требовала; умиротворить ее было невозможно. С утра до вечера слышались жалобы. Джордж должен был постоянно находиться поблизости, в ее полном распоряжении. Все, что он ни делал, было не по ней, она не переставала его пилить. Ей-богу, многие мужчины на месте Джорджа давно бы раскроили ей череп! Не так ли, Долли?

— Кошмарная женщина, — подтвердила миссис Бэнтри с полным убеждением.

— По правде, я смутно представляю начало этой истории, Джордж не вдавался в подробности, но у меня создалось впечатление, что миссис Притчард всегда тянуло ко всяким ясновидцам, прорицателям и гадалкам.

Сиделки не задерживались у них подолгу: миссис Притчард не выносила одно и то же лицо более двух недель кряду. Лишь однажды ей понравилась молоденькая сиделка, она души в ней не чаяла. А потом вдруг полностью переменила отношение и рассчитала ее. Пригласили одну из прежних сиделок, старше возрастом. которая умела обращаться с неврастениками. По словам Джорджа, мисс Коплинг была опытна и хладнокровно относилась ко всяким взрывам истерии.

Миссис Притчард обычно завтракала в своей спальне, а Джордж и мисс Коплинг — вдвоем в столовой, заодно они обсуждали планы на день, чтобы не оставлять больную одну. Считалось, что у сиделки свободные часы с двух до четырех, но, чтобы «оказать любезность», как говорится, она переносила иногда их на более позднее время, после чая; чтобы Джордж мог днем отлучиться. Однажды она сказала, что собирается в Голдерс-Грин повидаться с сестрой и вернется позже обычного. Лицо Джорджа вытянулось; оказывается, он уже договорился о партии в гольф. Но мисс Коплинг успокоила его:

— Ваше отсутствие пройдет незаметно, мистер Притчард, — хитро усмехнулась она. — Миссис Притчард ожидает интересную посетительницу.

— Кто же это?

— Подождите минутку, сейчас припомню, как она себя величает… да, Зорида — безошибочная предсказательница будущего.

— О, боже, — вздохнул Джордж. — Опять новая?

— Вот именно. Ее рекомендовала, кажется, мисс Кэрстайрс, которая служила до меня. Миссис Притчард все время держала это в голове и вот велела мне написать и пригласить гадалку на сегодня.

— Ну что ж, это кстати. Мой гольф не сорвется.

Джордж ушел с чувством благодарности к «безошибочной предсказательнице». Зорида хоть на время освобождала его от тягостной повинности.

Вернувшись, он нашел свою супругу в состоянии возбуждения.

— Джордж! — вскричала она, едва он открыл дверь. — Я всегда твердила вам, что в этом доме есть что-то злое. Помню, стоило лишь переступить порог, как я уже ПОЧУВСТВОВАЛА., Говорила я это или нет? Ну же, отвечайте!

Сдерживая желание ответить «да, черт возьми!», Джордж пробормотал:

— Что-то не припоминаю, дорогая.

— А разве вы что-нибудь помните, если дело касается меня? Все мужчины жестокосердны, но вы прямо-таки монстр.

— Ну, ну, Мэри, полноте, вы несправедливы.

— Ах, хватит про это. Главное, что эта женщина тоже ощутила НЕЧТО… Она побледнела, едва вошла в комнату. Вы представляете? И сразу вскричала: «Здесь витает несчастье! Несчастье и опасность!»

Джордж не удержался от смеха.

— Вам смешно, но этот дом опасен для меня. Гадалка именно так и сказала.

— А что она изрекла еще?

— Да, собственно, ничего. Понимаете, она была потрясена. Увидала фиалки в вазе и замахала дрожащей рукой: «Велите их убрать! Никаких голубых цветов ни в доме, ни около вас. Голубые цветы — ваша погибель, запомните это»… Ах, вы же знаете, я всегда инстинктивно ненавидела голубой цвет! Он мне отвратителен.

На этот раз Джордж благоразумно воздержался от замечаний. О нелюбви жены к голубому цвету он, разумеется, услышал впервые. Просто спросил, как выглядела гадалка, и миссис Притчард описала таинственную Зориду подробно.

— Густые черные космы вдоль щек, полузакрытые глаза… рот и подбородок скрывала черная вуаль. Говорила нараспев с иностранным акцентом, по-моему, с испанским.

— В общем, типичный розыгрыш, — заметил Джордж благодушно.

Жена вновь закатила глаза.

— Мне дурно. Ваша бессердечность убивает меня, — простонала она. — Позовите сиделку…

Через несколько дней мисс Коплинг обратилась к Джорджу с озабоченным лицом: