(сленг) –
есть пищу низкого качества,
испорченную или
отходы.
2 Взрывать — прикуривать сигарету с наркотиком.
49
бы его отмыть и откормить, стерев с лица испуг, то он был бы красив собою. Но сейчас Андрей Козлов по кличке Козленок представлял из себя жалкое зрелище, добавляя к нему печаль-ный тон какого-то писка, который он издавал, когда его тянул Алехин.
— Козленок, я тебе говорил, чтобы ты не лазил по параше, или нет?! — на повышенных тонах, с раздражением спросил Сергей, передавая косяк Героину.
Но Андрей молчал и только затравленно озирался на стоя-щего сбоку Игоря, ожидая получить от него удар. Алехин дер-нулся, имитируя удар. Козлов, пригнув голову, подставил руку, как-то весь изогнулся, скукожился, став в два раза меньше, и издал какой-то грудной жалобный не то стон, не то крик, ко-торый действительно был похож на блеянье козленка.
— Да не трогай его, Игорек, а то помрет еще сейчас, — сказал Сергей.
— Да на хрен он мне нужен — руки марать. Козленок, зачем парашу жрешь? Что, вкусно?
Андрей продолжал молчать, он лишь только начал интен-сивно чесать в районе пояса. Это не ушло от взора Героина,
и он, отдавая дымящую сизым дымом наркотика сигарету Алехину, сказал:
— Да у него бэтээры1, он весь чухается.
Игорь, стоящий рядом с Козловым, брезгливо поморщился
и отошел на метр от него, спросив:
— Козленок, а когда ты в последний раз мылся или стирался? Что-то от тебя бахчит2 не по-детски.
В ответ было стабильное молчание, лишь только Андрей стал чаще испуганно озираться на всех. В его обреченных глазах было написано: его будут бить по-любому, это всего лишь вопрос времени.
— Слушайте, а давайте его помоем, заведем прямо в посу-домойку — и со шланга. Вода хоть и холодная, но ничего, надо же хоть раз в год мыться, — предложил Пожидаев, принимая косяк. — Козленок, а когда тебе домой? — продолжил он.
1
Бэтээры
–
бельевые вши.
2 Бахчит — воняет.
50
— Через четыре месяца, — наконец-то заговорив, ответил Андрей, и его голос оказался неожиданно приятным, вовсе не соответствующим только что услышанному «блеянью».
— Ни фига себе. Да ты дедушка? Ну вот, как раз на четыре месяца хватит. А перед дембелем подойдешь ко мне, я тебя еще раз со шланга окачу. Давай… пойдем в посудомойку, я не шучу, — сказал Сергей и, свистнув догорающей пяткой косяка1, добавил: — Если не хочешь получить пиз…ей, то пойдем.
Козлов развернулся и направился в сторону посудомойки. Он шел как вол на убой. Его опущенные плечи и голова, его походка говорили о том, что всякая воля у этого человека уже давно сломлена, всякое достоинство раздавлено страхом быть избитым, что он движим животным инстинктом самосохра-нения: хоть что — лишь бы не били. За ним, подтрунивая, по-следовали разведчики вместе с Пожидаевым.
— Раздевайся, — скомандовал Героин, — только вещи свои складывай вот на тот железный стол, потом помоешь его.
Козлов, даже ни разу не возразив, стал раздеваться. Под ветхим бушлатом оказалась засаленная, как и штаны, гим-настерка, подворотничок отсутствовал. Естественно, пацаны начали комментировать увиденное, чтобы от человеческого достоинства не осталось и следа. Они, конечно, не понимали, что этими словами добивают те остатки человека, которые еще тогда теплились в душе у Андрея.
— Вот, а я уж боялся, что под бушлатом будет чистая хэбэш-ка. Теперь вижу — комплект. Жаль, здесь рыбу ловить негде, а то, где червей копать, я уже знаю, — саркастически улыбаясь, сказал Героин. Этой фразой, как он и ожидал, Сарычев вызвал взрыв смеха у своих товарищей, которые, подогретые гашишем, только и ждали каких-нибудь острот, чтобы поржать.
Под гимнастеркой было теплое зимнее белье серого, ме-стами черного цвета. То тут, то там на нем были задубелые бурые пятна.
— А это что? С расстрелянного товарища снял? — продолжая издеваться, удивленно-вопросительно спросил Гера.
И опять взрыв смеха.
1
Пятка косяка
–
остаток сигареты,
набитой гашишем.
51
— Да нет, Героин, это на случай, если на червя рыба брать не будет, то тут опарышей можешь накопать, — отдышавшись от смеха, вставил свои две копейки Пожидаев, чем вызвал новую волну истерического хохота.