Купер направился в свой кабинет. Там он подкатил кресло к окну и стал смотреть на огни ночного города. На черном небе ярко светились готические шпили Парламента и купол собора святого Павла. Мэдди стояла рядом.
Вдруг отец поднял голову, и их глаза встретились.
Джек Купер подъехал к столу и взял в руки телефонную трубку.
— Соедини меня с министром внутренних дел, — сказал он.
Мэдди бросила взгляд на настенные часы — без семи минут час ночи. Удивительно, как быстро пролетело время. Девушка чувствовала себя опустошенной. Это было ужасное чувство, которое ей не хотелось бы испытать вновь.
Отец поднял на нее глаза.
— Думаю, лучше я сам это сделаю, — мягко проговорил он.
Мэдди кивнула и медленно вышла из офиса.
Мэдди лежала в кровати с открытыми плачами. Она не могла заснуть, хотя чувствовала сильную усталость. На часах было 3:21 ночи. Неужели эта страшная ночь никогда не закончится?
Вдруг она услышала звук открывающейся входной двери, звон ключа, приглушенные голоса. Наконец-то пришел отец. Но кто это там вместе с ним?
Мэдди приподнялась и села в кровати, напряженно прислушиваясь, так что слышала свое дыхание.
— «Сообщение Д» даст нам больше пространства для действий, — послышался голос Купера из коридора.
Значит, отец получил разрешение на полный запрет на передачу информации прессе. Мэдди понимала, что это такое: так они выиграют немного времени, прежде чем газеты и телевидение разнесут новости о побеге Майкла Стоуна по всей стране.
— Порты предупреждены? Он может попытаться бежать из страны, — снова заговорил отец.
— Всё под контролем, сэр. Порты, аэропорты, все пункты выезда. Всё, что мы сейчас можем сделать, это ждать, а вам нужно немного отдохнуть, — ответила Тара Мун.
— Собрание назначено на шесть утра. Все должны быть на месте. Нам надо подсчитать ущерб.
— Предоставьте это мне, — ответила Тара.
— Заезжайте за мной без четверти шесть.
Входная дверь закрылась. Мэдди слышала, как коляска отца проехала по коридору, открылась и снова закрылась дверь в его спальню.
Наступила тишина.
Мэдди откинулась на подушку.
На шесть утра назначено собрание, и все, кто участвует в операции «Няня», будут там. Все, кроме Мэдди. Видимо, папа решил дать дочке выспаться. Но у нее были на этот счет другие соображения.
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
Без четверти шесть утра Мэдди уже вела свою красную «Веспу» по улицам Лондона. Свернув на Нью-Оксфорд-стрит, она увидела перед собой башню из стекла и бетона, уносящуюся в бледное утреннее небо. Это было здание Центра. В окнах верхних этажей уже отражалось солнце. На дорогах было не протолкнуться, хотя час пик еще не начался.
Мэдди припарковала свой скутер и вошла через стеклянные двери, Охранник проверил ее удостоверение, девушка прошла сквозь металлодетектор, и лифт унес ее наверх, где располагались офисы УПР.
Мэдди удалось поспать всего пару часов, и ее тело ныло от усталости, но голова была ясной и работала быстро.
Над дверью конференц-зала горела красная лампочка. Мэдди тихонько проскользнула внутрь и уселась рядом с Дэнни.
На другом конце комнаты, под экраном, на котором была изображена карта Лондона и пригородов, сидел ее отец. На собрании присутствовали все участники операции «Няня». Настроение у коллег было мрачным, но дух их не был сломлен.
Джек Купер увидел Мэдди, и легкая улыбка тронула его губы: не вышло дать дочке поспать. Он должен был бы знать ее получше. Купер коротко кивнул дочери.
— «Сообщение Д» избавит нас от прессы на 48 часов, — заявил Джек Купер. — Но оно не может помешать распространению слухов. Нам удалось получить немного пространства для действий, но это всё. Думаю, всем понятно, что министр внутренних дел сейчас крайне озабочен. А глава специального подразделения связался со мной и предложил свою помощь.
По комнате прокатился ропот. Все знали, что некоторые шишки в специальном подразделении хотят заполучить УПР под свой контроль.
— Я сказал спасибо, не надо, — мрачно улыбнувшись, продолжал Купер. — Плохие новости разносятся быстро по полицейским каналам. Цель нашего собрания — выдать хорошие новости. Тара, доложите ситуацию, пожалуйста.
Тара встала. По ее лицу Мэдди поняла, что помощница ее отца, вероятно, вообще не спала сегодня ночью.