Капитан, без шикая, да…
Во время Разделения мы обменялись с Рандом маленькими кусочками души. Эти кусочки были помещены в новые асаучи и со временем разовьются в полноценные занпакто. Но пока что они недостаточно развиты даже для шикая. Да что там — не знаю как у Ранда, но у меня осколок даже на контакт не выходит — прячется, когда я нахожусь во внутреннем мире. Я решил ему не мешать и теперь погружаюсь туда довольно редко, что плохо сказалось на количестве и качестве тренировок — во внешнем мире времени у меня гораздо меньше. Не знаю, какой у меня теперь будет занпакто. Вряд ли точно такой же, как и прежде, но и сильно отличаться не должен — все-таки это осколок Ранда. Да и асаучи идентичен прежнему.
Почему я думаю, что занпакто получится другой, не смотря на вышесказанное?
Так это слова Ранда. Я мало что понял из его объяснений про генотип, фенотип, влияние среды и конк… как его там? — конкордантность, во, — но суть уловил.
Она сводится к тому, что даже абсолютно одинаковые близнецы, если их воспитывать в совершенно разных условиях будут сильно отличаться.
А я очень сильно изменился за прошедшее время, да и сам Ранд тоже.
Так вот, даже находясь в гостях у Урахары, я чувствовал себя ужасно одиноким. И это при том, что я был постоянно занят: учил кидо, изучал изменения произошедшие в Обществе Душ, участвовал во многих мелких эксперимента Урахары.
А уж после переселения в Руконгай… Чувство одиночества покидало меня только тогда, когда я посещал семью. Но делал я это редко и недолго, чтобы не вызывать лишних подозрений.
Родители и братья сильно удивились, увидев меня на пороге своего дома. Потом не менее сильно обрадовались. Уговаривали остаться, но я объяснил им ситуацию, и они приняли мой выбор. Теперь вот иногда навещаю их. За прошедший месяц — два раза, помимо того, первого. Но от одиночества меня это не спасало.
Все изменилось в тот вечер — три дня назад.
Я возвращался после очередного рейда. Обычное для меня в последнее время дело — живя в Руконгае, я поставил перед собой две задачи: найти выход на синигами и бороться с несправедливостью по мере моих сил.
С первой задачей дела обстояли не очень. Нет, существовали агенты Урахары и Йоруичи, так что общие сведенья у меня были, но нужен мне был выход на капитанов, или, как минимум лейтенантов. А встретить их в Руконгае довольно сложно. Так что пока дело стоит, хотя и есть некоторые наметки.
Со вторым дела обстояли хуже и лучше одновременно. Лучше — потому что я действовал. За прошедший месяц я здорово сократил поголовье самых отпетых бандитов в различных районах Руконгая. А хуже — потому что, начиная с района 60-го, законов, как будто, не существовало в принципе. Хотя нет, был один — закон сильного! И что-то там изменить я был просто не в силах. Оставалось только наведываться туда время от времени и искоренять совсем уж зарвавшуюся мерзость.
Вот из одного такого рейда в 71-й район я и возвращался. Рейд прошел довольно спокойно — ничего выбивающегося из общей картины того района я не обнаружил.
Каково же было мое удивление, когда почти вернувшись домой, в относительно спокойном 47-ом районе, в лесу на границе которого и стоял мой домик, я услышал отчаянный женский крик.
Переместившись к источнику звука я застал интересную картину: два валяющихся без сознания синигами пятого отряда, так же лежащий без сознания мальчуган лет десяти. К этому мальчугану, оставив девушку, которую лапал до этого, направлялся противного вида толстяк. Девушку, кстати очень красивую: невысокая — где-то метр шестьдесят пять, короткие каштановые волосы, ясные голубые глаза, сейчас заполненные ужасом и отчаяньем, грудь второго размера и очень красивое лицо, которое нисколько ни портила разбитая губа. Сейчас девушка, связанная парочкой бакудо, уже не кричала, а только отчаянно смотрела на толстяка.
А у девчонки неплохие задатки — вырубить двух синигами — это очень сильно. Однако, последний присутствующий не оставлял ей никаких шансов — Четвертый офицер Пятого отряда Томоэ Рензю. Видел его картинку у Урахары, как и характеристику. Мразь редкостная. Хоть и предпочитает работать наемником, а не сам является инициатором всяких зверств, но ему это явно нравится. Девушку надо срочно спасать.
Начать я решил с толстяка — уж больно мерзко выглядит, да и похотью от него так и прет. Не охота пачкать об него занпакто, — многие пустые и то поприятнее будут — поэтому в борова устремляется мощная желтая молния. Пришлось читать заклинание, чтобы полностью его испепелить.
Пока я читал заклинание, Томоэ меня заметил. Но помешать уже не успел.
Обмен ударами. Противник, получив ранение, отступает.
Эх, а я думал — разомнусь.
Может хоть от шикая его польза будет?
Активировав шикай, противник стал гораздо сильнее, но вот умения ему это не прибавило. Кто же вкладывает все силы в один удар?! Как только до Четвертого офицера дослужился?
В общем ну его, не интересен он мне. Быстро перерубив горло полностью открывшемуся противнику, я обратил внимание на остальных.
Двое синигами и пацан по-прежнему были без сознания. Надо уходить пока не очнулись. Это я и озвучил, освободив девушку от бакудо.
Она была со мной полностью согласна, вот только по ее задумчивому виду, я понял, что идти им с братом некуда. Неожиданно для себя, я предложил им пожить у меня. А что? Дом, любезно предоставленный мне Урахарой, был довольно вместителен. Не знаю, для чего он изначально предназначался, но мог свободно вместить пару десятков человек, а не только девушку и десятилетнего пацана.
Они согласились. Точнее согласилась одна только Юки, Юджио, лежащего без сознания никто не спрашивал. Я мог сразу привести его в чувство — бытность занпакто не прошла даром, и я теперь очень хорошо оперирую целительной энергией, — но решил этого пока не делать. Мне было проще донести бессознательного ребенка, чем разъяснять что к чему. Разъяснениями занялась сама Юки, когда мы были уже дома.
Юджио, что-то проворчал, и первое время ходил недовольный, — мол, он мне очень благодарен, но они с сестрой сами могут обеспечить себя жильем, но быстро успокоился, и уже сегодня ведет себя так, как будто он прожил здесь всю жизнь, а я его любимый старший брат.
Юки тоже быстро втянулась в новую жизнь. На следующий день после их спасения я буквально не узнал свой дом. Он был убран.
Не сказать, что я жил как свинья, но особый порядок никогда не поддерживал, а на нежилые комнаты вообще забил.
Теперь же все блистало чистотой! Все, включая нежилые комнаты!!
Поговорив с Юки, я убедил ее так больше не делать. Нет, если хочет, то пусть убирается, но комнат-то много. А Юки все же человек. Так что, после получасового спора, мы сошлись на том, что она убирает только жилые помещения, а остальные иногда протирает.
Готовку девушка тоже взяла на себя. И, когда она впервые приготовила обед, я понял, что очень даже не зря ее спасал — так вкусно я не ел никогда!
А еще, отвечая на вопросы непоседливого Юджио, наблюдая за работой Юки, принимая ужин в дружной компании, я заметил, что одиночество, обитавшее в моем сердце после Разделения, куда-то незаметно исчезло, как будто его никогда и не было.
Ранд.
В Малом Зале мы с Энъен оказались одними из первых. Все-таки Элизиум большой, это мы были недалеко, а кому-то с другого конца дворцового комплекса добираться. Кроме того, многие Опоры вообще не в Элизиуме. Тем, кто недалеко, сигнал собраться передаст Меркуцио. Те, кто далеко, возвращаться не будут — не столь это важное дело, чтобы возвращаться.
Помимо нас в зале присутствовали лишь семеро пустых: Маркус и Меркуцио, как и положено заместителям уже были, Баргган отсутствовал — думаю придет после всех, а то и опоздает, Критос и Ричард сейчас были в рейде, а младшие Опоры жили на другом конце Элизиума. Хотя Гарха и Ларанд, как и их фраксьены уже были здесь. Фраксьенов Первого и Второго не наблюдалось, что неудивительно — не любят они когда их сопровождают, в отличие от Барггана.