Држич проводил взглядом свою машину, а потом неторопливо пошел к кэбу. Расположившись в салоне, он небрежно махнул рукой. Аппарат тяжело оторвался от песка, медленно набирая высоту. Лишь после того, как пилот, положив машину на курс, включил автонавигатор, Скунс улыбнулся, протягивая кэбмену руку:
– Рад видеть тебя, Айртон.
– Привет, Алекс! Я уже начал думать, что ты забыл о нашем существовании. Гвен замучила меня расспросами. Она вбила себе в голову, будто мы чем-то обидели тебя.
– Слишком много работы, а еще больше – назойливого внимания к моей персоне, – объяснил Скунс.
– Ты опять в деле?
– Да. Вскоре мне понадобится козырной туз.
– Ты же знаешь: он в нашей колоде.
– Отлично, – кивнул головой Држич, а потом резко сменил тему разговора. – Не боишься за Артура? Он еще ребенок, а прогулка может оказаться опасной. Я предупреждал тебя.
– Во-первых, он уже не ребенок, – усмехнулся Айртон. – Ты слишком долго не посещал нас. Во-вторых, у него твой стиль пилотирования. И наконец, в-третьих, он давно рвется в бой. Молодежь гораздо хуже нас переносит консервацию. Ему пора на практике проверить свою подготовку. Не беспокойся, я за него ручаюсь! Он в отличной форме.
– Сколько ему?
– Девятнадцать, а выглядит он на шестнадцать. Очень удобно.
– Я учту.
Несколько минут они молчали. Скунс о чем-то задумался, а Айртон поглядывал на своего пассажира, ожидая, когда тот вновь обратит на него внимание. Држич, наконец, заметив настороженный взгляд кэбмена, повернулся к нему:
– Что тебя беспокоит?
– Послушай, Алекс, – неуверенно спросил Айртон, – ты едешь на прием?
– С чего ты взял?
– Но ты просил отвезти тебя на виллу Коскарелли?
– Точно.
– Там не светский прием?
– Нет.
Држич забавлялся, испытывая терпение кэбмена, который явно не мог понять, что заставило Скунса отправиться в один из самых закрытых домов самой элитной части общества.
– Для приема у тебя не слишком соответствующее облачение, – продолжал разглагольствовать Айртон, – а для профессионального визита не используют кэб…
– Ты теряешь форму, – нахмурился Скунс. – С каких это пор ты стал таким любопытным?
– Извини, Алекс, – смутился кэбмен, – наверное, это следствие надолго затянувшегося безделья.
– Ладно, старина, – примирительно заметил Држич. – Тебе, действительно, не могло прийти в голову, что я на дружеской ноге с Джемаймой Коскарелли, поэтому довольно часто посещаю ее дом.
– Вот это да! – присвистнул Айртон.
Дальнейший полет продолжался в полном молчании. Скунс опять погрузился в размышления, а кэбмен, которому напомнили о профессиональной этике, не решался потревожить пассажира даже самым невинным вопросом. Лишь когда вдали показалась раскинувшаяся в уединенном, живописном месте усадьба, он позволил себе вывести Александра из задумчивости.
Едва кэб приземлился на гостевой стоянке недалеко от ворот, за которыми начиналась дорога в поместье, как к нему направилось несколько грозных охранников с изготовленным к бою оружием. Однако, увидев Држича, они остановились, изображая несвойственное им миролюбие. Из сторожки вышел высокий, смуглый, горбоносый красавец в щегольском костюме, спеша навстречу гостю.
– Здравствуйте, сэр! – почтительно поприветствовал он Скунса. – Госпожа Джемайма в саду, а Мишель в доме. Куда вас проводить?
– Привет, Тигран! Я хотел поговорить с Джемаймой.
– Слушаюсь, сэр!
Начальник охраны провел гостя за ворота, распахнул перед ним дверцу электромобиля, а сам сел на водительское сидение. Это являлось проявлением особого внимания к персоне гостя. Когда машина на воздушной подушке плавно понеслась над песчаной дорожкой, ведущей к дому, за которым располагался сад, Александр спросил своего спутника: