Она пришла сюда переодеться, несмотря на наличие женской раздевалки?
На ней, конечно, был не такой эротичный купальник, как у Президента или Акено-сан… И тем не менее он отлично подчеркивал линии тела девушки.
Бляха муха! Все-таки у нее тоже сногсшибательное тело. Несмотря на атлетическую наружность, все необходимые «выпуклости» присутствуют. Ее самые сильные стороны – это, естественно, большие сиськи, ну и послушные шелковистые волосы.
‒ Да, думаю, тебе очень идет. И ты впервые надела купальник? Значит, в церкви с этим все так строго?
‒ Именно так. Но лично я до этого вообще не испытывала никакого интереса к таким вещам, хотя другие знакомые девушки-воительницы постоянно ворчали, что им нельзя даже притрагиваться к подобному.
Ясненько. Значит, ее внутренний мир полностью соответствует внешнему виду: эдакая воительница, «рожденная лишь для сражений и ни для чего более».
‒ Но поскольку моя жизнь теперь сильно изменилась, я бы хотела испытать как можно больше «простых девичьих радостей». Такие вот мысли посещают меня в последнее время.
Во как... Надеюсь, ты там неправильного чего-то еще не набралась? Эта мысль сразу закралась в голову, как только я увидел повеселевшее выражение лица Зиновии.
‒ Хёдо Иссей, у меня есть к тебе небольшая просьба.
‒ Зови просто Исэ. Ты ведь теперь тоже мой товарищ.
‒ Тогда, Исэ, скажу прямо: не хочешь сделать со мной ребенка?
...
Хм? Чего-чего? Что эта девушка только что сказала?
Зиновия склонилась ко мне и сказала:
‒ Что, не расслышал? Ладно, ‒ и вновь повторила: ‒ Исэ, давай сделаем ребенка.
...
Э?.. Эм? Может, что-то не так с ушами? Мне кажется, или я услышал фразу, которая способна сделать счастливым любого мужчину?!.
И как будто для того, чтобы окончательно развеять все мои сомнения, Зиновия сделала контрольный выстрел:
‒ Исэ, давай сделаем ребенка.
‒ ЧЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕГООООООООООООООООООО? Ка!..
Зиновия тут же прикрыла мой вопящий рот.
‒ Тсс, не ори так громко. Нас найдут.
Да как тут не орать?! Какого черта ты вообще удумала?! Д-Д-детей делать вздумалось, говоришь?!
‒ Т-ты тут внезапно такое ляпнула…
Она кивнула растерянному мне.
‒ Да, давай по порядку.
И тут Зиновию понесло:
‒ Я родилась и выросла в штаб-квартире Церкви в Риме, с рождения обладая способностью владеть священными мечами. С детства посвятила себя вере в Бога. Я тренировалась и жила ради Него, – начала она. ‒ С детства мне твердили, что все наши мечты и стремления должны быть посвящены Ему. Искоренять демоническое зло было правым делом во имя Господа, и я свято верила в правоту Ватикана, который это пропагандировал. А став демоном, я, можно сказать, лишилась всех целей в своей жизни.
‒ Ну, это понятно, однако... К-как ты пришла к тому, чтобы хотеть от меня р-ребенка?..
Мне казалось, эти две темы были никак не связаны, но для этой девушки все очень даже логично вылилось из одного в другое:
‒ Служа Господу верой и правдой, я отказалась от своего счастья как женщины. Мое тело, мое сердце ‒ я отказалась от всего этого ради Всевышнего. Тем не менее, сейчас я сама ‒ оставленный Богом демон. Сначала меня просто переполняла растерянность. И тогда я обратилась за советом к своему нынешнему хозяину ‒ Риас Гремори. «Демоны ‒ это существа, переполненные жадностью, утоляющие и поощряющие свою жадность и жадность других и в итоге жаждущие еще большего. Попробуй жить, как пожелаешь», ‒ таков был совет Президента. Поэтому я решила дать волю всем своим желаниям, которые убивала в себе до сих пор. Решила их осуществить.
Решила вернуть свое женское счастье, от которого раньше отреклась?..
‒ Отсюда и моя новая цель в жизни – выносить ребенка.
‒ Т-ты хочешь сделать то, что заставит тебя почувствовать себя настоящей женщиной? И до сих пор твоя вера в Бога была настолько сильной, что ты убивала в себе это желание?
Зиновия кивнула.
‒ Да. Я хочу выносить ребенка. И для этого мне нужен мужчина. Но согласись, это же великолепно, верно? Мы можем зачать ребенка и одновременно узнать друг друга получше.
‒ Нет, нет, нет. Я понял, к чему ты ведешь, но почему именно я?
‒ А ты чем-то недоволен? Даже не смотря на то, кем я могу казаться, я, как женщина, все же уверенна в своем теле. Моя грудь, конечно, не такая большая, как у Президента Риас, но ведь больше, чем у Асии, так? Разве она не достаточно хороша, чтобы взглянуть на нее хотя бы разок? ‒ говорит она, параллельно начиная массировать свою грудь!
А она далеко не из робкого десятка! Блин, да что там скрывать? Я бы сам помял их с превеликим удовольствием!