Я высвобождаю ладонь из пальцев Арента, глажу его по щеке. Он тут же наклоняется к моему лицу, и я шепчу:
- Спасибо, что дал мне время,- и, не дожидаясь поцелуя, сама прижимаюсь к его губам.
Десять ночей. Арент отправляется утолить жажду. Я жду его, скорчившись на чёрном мраморном полу. Доминик… Когда остаюсь одна, я думаю о нём непрерывно… Она поставила меня на колени, почти лишила рассудка – боль при мысли о существе, из-за которого я никогда не буду принадлежать Аренту так, как он этого хочет…
К моменту возвращения Арента я – сама беззаботность. Он тут же обнимает меня, я льну к его груди. Арент наклоняется, чтобы меня поцеловать, но я успеваю задать явно неожиданный для него вопрос:
- Как звали твою вторую жену?
В глазах Арента мелькает удивление.
- Она тебя обратила?- уточняю я.- Для этого ты женился на ней?
- Да,- отвечает Арент.- Почему ты спрашиваешь?
- Её ведь звали Этра?
- Да, так её звали. Откуда тебе это известно?
- От сестры её обратившего. Шаневис. Ты ведь её знаешь?
Я слежу за выражением его лица, но оно не меняется.
- А о проклятии?- допытываюсь я.
Арент молча изучает меня, и мне стоит усилий выдержать его взгляд.
- Обративший Этру проклял её за вероломство,- поясняю я.- И она пала жертвой…
- …того, кого обратила сама,- тихо заканчивает фразу Арент.
Моё удивление искренне, хотя, наверно, удивляться нечему. Конечно, он мог узнать обо всём от Этры. Но следующее признание Арента всё же застаёт меня врасплох.
- Я слышал слова проклятия из уст его произнёсшего – после того, как нанёс ему смертельный удар, как учила Этра. Она обратила меня в ту же ночь. На следующую ночь я женился на ней, как обещал, а спустя ещё три она действительно повторила судьбу своего создателя. Нет, Этра пала не от моей руки – под кинжалом подосланного мной смертного.
Я вспоминаю, как Арент пытался использовать Винсента, чтобы избавиться от соперника. Оказывается, у этого манёвра очень длинная история…
- Значит, всё правда,- вполголоса подытоживаю я.- Проклятие переходит с обратившего на обращённого…
Арент улыбается грустной улыбкой.
- Придёт время, и мы узнаем.
Девять ночей. Боль невыносима, я никак не могу с ней совладать. Но я должна, иначе о моём плане придётся забыть. Я нащупываю рукой стену, пытаюсь подняться на ноги… Ни разу с тех пор, как очнулась в измерении статуй-эмпатов, я не чувствовала Доминика. Неужели ритуал разрушил существовавшую между нами связь? Моя ладонь соскальзывает со стены, и я снова валюсь на колени. Времени осталось совсем немного – я должна побороть эту боль…
Восемь ночей. Арент задерживается, и я истязаю себя мыслями о Доминике, пока вызванные болью призраки не начинают водить вокруг хоровод. Я рискую – Арент не должен видеть меня такой – но всё же успеваю привести себя в норму за какие-то мгновения до его появления.
Семь ночей. Арент дарит завораживающе красивое кольцо с крупным бриллиантом. Моя рука дрожит, когда он надевает его мне на палец – раньше этот палец украшало другое кольцо… Я судорожно сжимаю ладонь.
- Тебе не нравится?- Арент пытливо заглядывает мне в глаза.
Я силюсь выдать улыбку. Кольцо действительно очень красиво. Овальный камень нежного розового цвета – словно капля крови, растворённая в кристалле льда. Я касаюсь его гранёной поверхности, смотрю, как ярко он переливается в тусклом свете светильников, и стараюсь не думать ни о чём, кроме его красоты, пока улыбка не становится искренней.
- Как такое может не нравится?- в моём голосе неподдельное восхищение.- Спасибо…
Удивительно, как в подобные моменты преображается лицо Арента, какая мягкость появляется в его обычно безжалостном взгляде. Я убеждаю себя, что меня это трогает, и удерживаю это чувство в сознании. Оно помогает относиться к Аренту с теплотой, которой на самом деле во мне нет. Я обвиваю руки вокруг его шеи, перебираю вьющиеся пряди его волос.