Чтобы не скучать до прихода людей Пилата, Дмитрий сказал мне сделать кофе и пару бутербродов. Я ставил чайник и все размышлял о возможности, выкрутится из такого каверзного положения, чтобы не перечеркнуть все мое будущее. И кроме самого себя обвинять было некого, ведь я добровольно приехал на встречу. При этом я даже не заподозрил ловушку, хотя мог бы предусмотреть такой вариант.
Я кинул взгляд на своих противников. Федор не спускал с меня глаз, а Соловьев задумчиво смотрел в окно. Для диверсии требовалось усыпить их бдительность или вытащить из рукава козырный туз – какую-нибудь неожиданность, что приведет их в замешательство. Впрочем, у меня не намечалось удачных возможностей сбежать, и я решил полностью отдаться воли случая.
– Рудольф постарается сегодня вечером вернуться. Или завтра, – сообщил Федор.
– Почему завтра? – удивился Соловьев.
– Тупица! Так ведь произойдет переход сквозь портал времени, и он попадет на день вперед, – неохотно объяснил я простые вещи.
Дмитрий недовольно на меня посмотрел, скривив лицо.
– Молчать! Ты уже скоро распрощаешься с прошлым навсегда.
Отлично. Я вывел его из равновесия.
– И тебя же ждет такая участь, – произнес я. – Поверь, Пилат не оставляет свидетелей. Проще провести парочку экспериментов для стирания воспоминаний, путем воздействия на гипоталамус.
– Дима, может этого придурка сейчас заткнуть! – сказал Федор, которого такая ситуация начала раздражать.
– Успокойся. Он свое получит.
– И вы все получите. Насколько нужно быть тупыми, чтобы наивно верить Пилату и смотреть на него преданными и затуманенными от потери рассудка глазами, – сострил я.
Это было осознанное решение, чтобы получить себе преимущество. Федор сжал кулаки и прищуренными глазами на меня посмотрел. Быстрыми, уверенными шагами он направился в мою сторону с явным намерением дать по заслугам. Я специально отступил на несколько шагов назад в надежде успеть убежать.
Он подошел совсем близко, и схватил меня за воротник. Я резко выкрутил его руку и потянул назад. Двери дачи открылись, и ветер свободны приятно подул мне в спину. Бежать? Увы, не получалось. Федор оказался крепким противником. Мы даже подраться, толком не успели. Потянув его, я потерял равновесие, и мы вдвоем упали на землю. Пистолет из рук бывшего военного вылетел вперед. Проследив за траекторией его полета, я увидел, что он удачно приземлился в траве.
Наши взгляды встретились. Мы почти одновременно бросились за оружием. Впрочем, меня постигла неудача. Кулак Федора врезался мне в лоб. У меня потемнело в глазах, а ноги немного подкосились. Только невероятными усилиями я сумел сохранить равновесие, но при этом потерял возможность получить оружие, как шанс на спасение. Теперь уверенность гасла у меня, как пламя свечи во время сильного ветра.
– Думал сбежать? – прозвучал рассерженный голос Соловьева.
Я неуверенно обернулся. Он держал пистолет в руке, но на меня ствол не направлял. Что ж, я испробовал все возможности на побег. Теперь вряд ли получится выбраться из этой передряги живым.
– Нет, этот лох меня хотел ударить, а я потерял равновесие, – солгал я.
– Ах ты сука! – грозно воскликнул Федор и снова собирался ко мне приблизится, чтобы ударить.
Правда, Дмитрий его остановил.
– Все, успокойся. Мы сейчас его свяжем, чтобы не рыпался. Принеси веревку сюда.
С каждой секундой я чувствовал обреченность. Она заполняла все пространство моего рассудка, не давая возможности, смело смотреть своему врагу в лицо. Да и про Синди никак не могу забыть…
Когда уже я потерял последнюю надежду на спасение, то появился уникальный шанс, что позволило перемешать все карты противнику. Подобно фокуснику, жизнь преподнесла козырный туз, который, кстати, оказался полезным в данной ситуации.
Тишину вечернего дня нарушил громкий выстрел. Пистолет у Федора вылетел из рук, а он сам закричал от внезапной боли. Все произошло настолько быстро, что я не успел ни о чем подумать, пока не начал смотреть по сторонам. Сначала я поглядел на руку Федора, по которой текли густые капли крови, а его лицо состояло из сплошной маски боли, удивления и даже шока. Это зрелище было малоприятным, и я перевел взгляд вперед, в надежде увидеть неизвестного стрелка.
Никого.
Дмитрий выглядел не менее удивленным. С пистолетом в руке он смотрел по сторонам, облизывая пересохшие губы. Из-за толстого дерева выглянула Синди. Ствол пистолета она направила на Соловьева.
– Ни с места!
Эта разыгравшаяся драма привела к нужному эффекту. Он удивленно посмотрел на девушку, одетую в простую блузку и поверх нее джинсовую куртку. Глаза блестели от лучей солнца, но они выдавали уверенность в себе и готовность принимать молниеносные решения. Очевидно, в профессионализме секретного агента Соловьев совсем не сомневался, поскольку сразу бросил оружие на землю.
Мои ощущения в это время невозможно было передать словами, но я попытаюсь. Посмотрев на Синди, я почувствовал себя нереальным персонажем сновидения, в которое умудрился попасть. Ее четкие образы лица и контуры тела, отражавшиеся на земле, создавали реалистичность действий и отсутствие проявления каких-либо грез. Как бы ни бунтовал мой рассудок, пытаясь найти оправдание (ведь она умерла!), эта женщина была настолько реальной, насколько вообще можно быть уверенным в подлинности нашего мира и всех его декораций.
Она спокойно держала продажного следователя на прицеле, но также не забывала контролировать местонахождение Федора, хотя тот еще не сумел прийти в себя. Его жалкий вид вызывал у меня лишь усмешку. А девушка, отлично чувствовала себя в роли профессионального стрелка. Боевая стойка, прищуренный, циничный взгляд, расслабленные мускулы лица свидетельствовали о настоящем мастере в своем деле. И теперь у меня не было никаких сомнений в спасении.
Я смотрел на нее восхищенно, с долей уважения, растерянности. Прежде всего, меня поразила ее внезапное появление, как призрак отца Гамлета возник в замке. Впрочем, вероятность выжить девушки оставалась возможной и я только сейчас об этом подумал.
2
– Мальчики, проигрывать умеете? – игриво спросила она и небрежно опустила свободную руку на бедро.
– Не умеем и не хотим, – ответил за обоих Соловьев. – Рудольф Альбертович вас не отпустит.
– А мы его не будем спрашивать. Верно, Оскар?
Я лишь кивнул в ответ, поражаясь ее абсолютному спокойствию.
– Вы жалкие пешки, которыми можно пожертвовать. Неужели до вас не дошло, что членов Братства ждет конец? – поинтересовалась Синди. – Кристаллы быстро потеряют свою силу, а новых больше нет.
– Артефакты обладают зарядом, которого хватит надолго, – неуверенно ответил Федор.
– Это тебе главный хранитель сказал? – решила уточнить она. – Он ни хрена не знает. Все имеет свойство заканчиваться.
Федор потупил взгляд и решил молчать. Дмитрий недовольно на нее посмотрел, а затем вздохнул.
– Оскар, найти такую комнату, где их можно запереть и они не смогут сбежать.
Меня дважды не понадобилось уговаривать. Я, посмотрев несколько комнат, пока не остановил свой взгляд на подвале. Это было еще лучше. Подвал представлял собой небольшое помещение, которое практически пустовало за исключением нескольких стульев и старых мешков. Белые бетонные стены могли действовать угнетающе на пленников, что нас вполне устраивало. Сбежать отсюда невозможно никак.
Предатели хотели спорить, но увидев хладнокровный взгляд Синди и ее пистолет, сразу затушевались. Испугались. Я закрыл двери подвала на замок, а ключи положил в комнате на столе.
Тяжело вздохнул и отправился в гостиную, чувствуя на душе неприятный осадок горечи, разочарования и непонимание происходящего. Они мешали мне адекватно воспринимать ситуацию и не давали возможность выстроить в голове правильные цепочки умозаключения и выводы, основанные на фактах.