При всём международном значении венгерских событий, в первую очередь они, конечно же, повлияли на дальнейшую внутриполитическую эволюцию самой Венгрии. Кадаровский режим, с конца 1960-х годов ставший своего рода витриной «социалистического содружества», хотя в конечном счете и потерпевший неудачу, явился результатом, продуктом того компромисса между коммунистическим руководством страны и венгерским обществом, а также и компромиссом между венгерской коммунистической элитой и Москвой, который не мог быть достигнут без памяти о событиях 1956 года. Хотя эту память власти и пытались вытравлять из общественного сознания (о чем будет сказано подробно на страницах этой книги), она присутствовала в обществе по крайней мере на подсознательном уровне. Присутствовала и в качестве примера, но прежде всего в качестве предостережения.
Разумеется, перед автором встает вопрос о дефиниции описываемых событий. Что это было в своей основе? Восстание, революция? Можно ли говорить о венгерском кризисе как о феномене международных отношений? Несомненно, в октябре – ноябре 1956 года достиг своей кульминации системный внутренний кризис, охвативший все сферы общественной жизни Венгрии. В международном плане венгерские события тех недель вошли в историю как наиболее мощное вплоть до 1989 года антитоталитарное выступление в одной из стран сферы влияния СССР, подавленное силой советского оружия. «То, что случилось, вырвалось из осатаневшей от страданий, готовой на все нации, как пожар в засуху от случайного возгорания», – писал в свободной прессе тех дней классик венгерской литературы XX века Ласло Немет[8]. Стихийно вспыхнувшее 23 октября 1956 года в Будапеште восстание быстро распространилось на всю страну, и, несмотря на военную помощь, без промедления оказанную венгерским коммунистическим лидерам со стороны СССР, вся система власти в центре и на местах рухнула в считаные дни. Суть венгерских событий определило активное участие в них самых широких масс населения и прежде всего рабочего класса. Опираясь на поддержку снизу, на обломках прежнего режима повсеместно возникают новые органы: революционные и национальные комитеты – в городах и областях, рабочие советы – на предприятиях. Начинается процесс возрождения политических партий, прекративших существование с установлением в конце 1940-х годов коммунистической диктатуры. В программных документах различных сил, участвовавших в массовом движении, все четче вырисовывается идеал плюралистического общества, свободного от монополии одной партии, и даже вставший во главе правительства по рекомендации руководства правящей Венгерской партии трудящихся убежденный коммунист Имре Надь быстро осознает обреченность любых попыток восстановить без помощи извне однопартийное государство и принимает идеи политического плюрализма.
«Накануне восстания даже оппозиция и лагерь недовольных не думали о революции. Чего они хотели? Чтобы были пересмотрены процессы жертв сталинизма, чтобы судопроизводство снова было поставлено на правовую основу, чтобы была открыта дискуссия в партии, чтобы хозяйственное руководство учло реальные интересы населения, чтобы отношения с Советским Союзом были поставлены на новую основу, чтобы была произведена смена правительства: Имре Надь вновь вернулся бы к власти. Короче: они требовали реформ. Но когда в борьбу вступил рабочий класс, когда государство распалось, те, кто до этого хотел реформ, тоже стали революционерами и действовали как революционеры», – писал в 1970-е годы о венгерских событиях известный французский независимый левый политолог Клод Лефор[9]. Массовый характер народного движения, радикализм требований и действий восставших, быстрота, с которой пали основные институты партийно-государственной власти в Венгрии и начали формироваться новые институты, – всё это дает, на наш взгляд, основания определить венгерские события 1956 года как беспрецедентную в истории социалистического лагеря, вплоть до конца 1980-х годов, революцию, свергнувшую диктатуру, типологически близкую сталинской в СССР, и открывшую перед страной перспективы коренных, хотя, очевидно, и неоднозначных перемен во всех областях общественной жизни. Эти перспективы не могли, однако, воплотиться в реальность, поскольку развернувшийся политический процесс был прерван вмешательством извне. Для того чтобы предотвратить консолидацию новой власти, потребовалась наступательная мощь незамедлительно пущенных в ход 17 дивизий Советской Армии.
8
Советский Союз и венгерский кризис 1956 года. Документы / ред. – сост.: Е.Д. Орехова, В.Т. Середа, А. С. Стыкалин. М., 1998. С. 535.
9