- Нет уж, крошка, - меня схватили за руку и припечатали к стене. - Наши патриотические чувства уязвлены, мы требуем компенсации! Тебе придется очень постараться, чтобы мы подобрели!
- Перебьетесь! - перестав изображать высокородную барышню, я с силой зарядила ему коленом по самому уязвимому у любого мужчины месту - и вовсе не по самолюбию.
Когда он согнулся, охнув, на его хребет обрушились мои сомкнутые в замок руки, и не могу сказать, что это не доставило мне удовольствия. Мерзавец ударился задом о стену и, громко мыча, сполз на пол.
Свечи, полыхнув, затрещали, словно в них плеснули водой. Но мне было не до этого.
- Не так быстро, нахалка! - руки второго вцепились в мою талию. - Ща научу тебя, как себя вести надо!
- Нельзя научить тому, в чем сам не смыслишь! - крикнул Игги.
Хватка негодяя ослабла, я резко развернулась и увидела, что братишка держит кинжал у его... Скажем так, до чего дотянулся, у того места и держит.
- Э-э, малец, ты не того, - прохрипел мужчина, не сводя выпученных глаз с клинка. - Он же острый!
- Ага, вжик и не мужик! - отозвался Игги.
С моих губ сорвался нервный смешок. Что из него вырастет? Боюсь даже представить!
- Идем, защитник, - я снова сжала его ладонь и потащила к выходу, все ускоряя шаг.
Лишь когда мы вернулись в снятую комнату, и я смогла прижаться спиной к двери, сердце перестало так биться о грудную клетку, словно хотело из нее сбежать.
- Откуда у тебя кинжал? - запоздало сообразила я, глядя на раздувшегося от важности брата.
- Это не мой, у того ублюдка спер.
- Игги! Что за выражения?! И... и что значит спер?
- Успокойся, женщина, я тебя защитил, как и должно поступать мужчине. Не стоит благодарить.
- Лучше бы ты, мужчина, научился рот держать закрытым!
- Свое мнение надо уметь отстаивать. Так папа говорил.
- Верно. Но еще нужно знать, при каких обстоятельствах его вообще стоит озвучивать!
- Это как? - он озадаченно уставился на меня.
- Завтра расскажу, - я устало вздохнула и села на кровать. - А сейчас давай спать!
Глава 4 Обещание
ДАРЬЯР
Странно просыпаться в день собственного тридцатилетия. Я открыл глаза и долго смотрел на балдахин над кроватью, прислушиваясь к себе. Потом расхохотался. Да ничего не изменилось! Чушь это все. Хотелось, как всегда по утрам, женской ласки и вина. В любой последовательности.
Я встал и подошел к зеркалу в полный рост. Из него на меня смотрел, одобрительно ухмыляясь, обнаженный шатен. Высокий, подтянутый, ни грамма лишнего жирка. Весьма щедро одарен природой по мужской части. Красивое лицо. А главное оружие - зеленые глаза. Скольких красавиц они привели в мою постель, не сосчитать.
И не верьте тем, кто говорит, что мужской пол ведет счет победам. Так делают только те его представители, чьи успехи на любовном поприще оставляют желать лучшего, настоящие победители быстро сбиваются со счета.
Я вышел в сад и направился к огромному бассейну. Бирюзовая холодная, еще не прогретая солнцем вода приняла меня в свои объятия и моментально взбодрила. На сушу я выбрался со зверским аппетитом, оделся и направился в столовую. Дракону нельзя долго оставаться голодным - истинная сущность может взять верх, и тогда пострадают те, кому не посчастливится попасться на пути.
Большинству высокородных, а тем более, принадлежащих к королевским ветвям Драконьего древа, на это плевать, но я не приемлю чрезмерную жестокость, да и убийства мне никакого удовольствия не доставляют. Дарьяра Севаста можно во многом упрекнуть - если осмелитесь, конечно, но не в этом.
Накрытый стол ломился от яств на любой вкус, но я, скользнув по нему взглядом, направился к длинному ряду графинов с веселящими напитками. Без алкоголя, но становится легко и приятно на душе. Так, Астарти тут для красавиц, дабы общительнее были. Конти из владений Феррата - на любителя. Оми - для старых тетушек и всех остальных, таких же, как и Оми, безвкусных дамочек, для которых я, в силу их почтенного возраста, опасности никакой не представляю.
Тали. Взгляд остановился на квадратном графине с темно-золотым напитком, моим ровесником, кстати. Из погребов предыдущего короля. По всей стране не более сотни драконов могут похвастаться, что обладают такой диковинкой. Что ж, каждый день раритетный Тали пить не буду даже я, но сегодня есть повод.
Насладившись процессом - тяжестью графина, игрой солнечных лучей в благородном напитке, дымным ароматом, я сделал первый глоток. Расплавленный янтарь растекся во рту, пощипывая, искушая, играя всеми оттенками вкуса.