– Отвали, – взвизгнула «милашка», – а то мой Рихар тебе покажет!
Парни громыхнули хохотом так, что снег с веток посыпался, а в лесу неподалеку заполошно взлетели вороны.
А знахарка поглядела в упор и сказала вдруг – соплюхе, но не отводя взгляда от Ульфара:
– Никогда не рассказывай врагу о том, кто придет к тебе на помощь. Пусть оценят сюрприз.
В ее глазах не было страха, только злость.
– Строптивая, – Ульфар широко, сладко усмехнулся. – Люблю строптивых девок. Ладно, шутки в сторону, приступим. Я, Ульфар из рода баронов Ренхавенских, беру тебя в жены по праву сильного. Да станешь моей перед богами и людьми.
– Да ни за что, – разъяренной кошкой прошипела девка, – тебя еще мне не хватало, женихов развелось, как парши на шавке!
– Твоего согласия не спрашивали, – Ульфар широким жестом обвел рукой вокруг. – Или моей женой отсюда уйдешь, или парням на потеху вместе с той соплюхой.
Он не ждал ответа – какая дура станет всерьез размышлять над эдаким выбором? Взял девку за плечи, рванул на себя, впился поцелуем в мягкие губы. И тут же отпрянул, почувствовав, как острые ноготки прошлись по щекам, метя в глаза. Размахнулся влепить строптивице оплеуху, та отпрянула, вскинула руки, защищая лицо.
– Сьюз! – заорала мелкая паршивка, кидаясь на помощь. Со своими-то девчачьими кулачишками! Ульфар отшвырнул ее одним движением, небрежным взмахом руки. Соплюха отлетела, взметнув сверкающую снежную волну, шмыгнула носом и встала. Не иначе, умом от страха тронулась. Или, наоборот, от великой храбрости. Нет, что-то в девчонке есть, снова подумал Ульфар. Крикнул своим, не глядя:
– Приберите эту мелочь, да бережно! С собой возьмем.
В конце концов, его жене понадобится служанка. И, кстати о жене, пора кончать это дело, не стоит задерживаться здесь дольше необходимого. Поучить строптивых девок послушанию можно и потом.
Ульфар развернул знахарку – Сьюз, оказывается, ее зовут, что за деревенское имя! – и потащил за собой по алтарному кругу. Та вцепилась в первый попавшийся камень, взвизгнула:
– Защити!
Всколыхнулась на краткий миг тревога: свадьба по праву сильного проста, всего-то девку вкруг алтарей протащить, но если вдруг боги ее любят, могут и вступиться. Редко, но бывало и такое. Но тут Ульфар заметил, чей именно алтарь попался девке под руку. Заметил, понял – и расхохотался так, как давно уж не смеялся.
– Думаешь, Прядильщица тебя спасет? Вот уж нашла, у кого защиты просить!
В глазах девки впервые появился ужас. А ведь это она еще не знает, что ее будущий муж силой Хозяйки тьмы пользуется!
На храмовую поляну опустилась вдруг тишина – не та, что была прежде, пока отряд Ульфара ждал, затаившись, и даже не тишина полного безлюдья. Вязкая, мертвая, словно подернутая багряной дымкой. И в этой тишине Ульфар вдруг явственно услышал скрипучий, словно старая прялка, голос:
– И почему бы девушке не попросить моей защиты? Она-то мне свою кровь давала, не чужую, как ты.
И по ужасу на лицах своих людей, не боявшихся ни короля, ни бесов, по расширившимся глазам соплюхи-девчонки, по лицу своей невесты Ульфар понял, что этот голос ему не причудился. Слово Старухи услышали все.
Слышал и Марти, вылетевший к храму галопом, взметывая снег. Только вот ни пугаться, ни тем более задумываться он не мог себе сейчас позволить. Осадил коня перед Ульфаром, спрыгнул наземь:
– Ульфар. Я, Игмарт Герейн, перед богами вызываю тебя на бой до смерти.
– Герейн, вот как? Поздравляю. А об этом ты позабыл, королевский пес? – Ульфар глумливо ухмыльнулся и достал гильдейский амулет мага – тот самый, мгновенно понял Марти, что мэтр Гиннар напоил его кровью и заклял на подчинение именем и властью богини. И в тот же миг, словно Старухой нашептанное, пришло понимание – чьей волей он оказался здесь вовремя, что сделать должен и почему. Марти вернул ухмылку:
– Не поможет. Не ты эту штуку заклинал, не ты с богиней договаривался. Да и моя клятва добровольной не была. Дерись, Ульфар, или я убью тебя, как убивают взбесившихся псов.
Меч скользнул из ножен легко, будто сам рвался в бой. Обещанием скорой победы мелькнуло на лице Ульфара мгновенное, тут же подавленное замешательство. Привык, верно, полагаться на силу Старухи. Марти не стал ждать, пока тот изготовится к бою. Бешеных псов приканчивают без всяких правил.
Нет, он не убил безоружного – Ульфар, конечно же, успел обнажить меч и даже замахнуться. Вот только движения его казались странно медленными, будто сквозь смолу прорубался. А Игмарта словно боги вели – ни единой мысли в голове, не нужно оценивать ситуацию, отслеживать мельчайшие движения и направление взгляда противника, просто бей, не сомневаясь. Во имя Звездной девы и Жницы, чьи цветы оставлял невесте – стоят ли поныне? После у нее спросит. Во имя Звериной матери, покровительницы Лотаров, а значит, и ее тоже. И даже во имя Старухи-Прядильщицы, защитившей, когда не ждали.