На стене между двух окон с цветными витражами висел флаг с гербом – копия того, что развевался на главной башне. Под флагом стояло массивное кресло с изогнутыми ножками. Ещё в кабинете имелся стол овальной формы и несколько стульев с мягкими спинками и сидениями, обитыми чёрным бархатом, расшитым золотыми цветами.
– Итак, Королева, я уступаю вам своё место, – Везунчик отодвинул кресло от стола и пригласил Ирис присесть. – Ты, надеюсь, справишься сам? – он с усмешкой взглянул на Окко. Тот, ничего не ответив, встал позади кресла, где расположилась королева.
Везунчик подошёл к небольшому шкафу, над которым висела карта планеты Свет, открыл его и из горы свитков вытащил пять из красной кожи.
– Ты хранишь их, даже не запирая шкаф на ключ?! – изумилась Ирис.
– Ах, если бы я знала об этом раньше! – Везунчик попытался сымитировать её голос. – Тогда мне бы не пришлось связываться с этим мерзким типом, я бы просто-напросто выкрала у него эти свитки, как сделала в случае с графом Изумрудом, – и он выложил свои свитки на стол перед Ирис, которая покраснела вот уже во второй раз за всё то время, что находилась в замке Грёз. – Я верно мыслю? – своим обычным голосом добавил он, в упор посмотрев в её фосфорно-синие глаза.
– Окко, подай-ка мне мои свитки, – не удостоив ответом речь своего нечаянного сообщника, сказала Ирис, оборачиваясь к воину. Слуга достал из кожаной сумки, перекинутой через плечо то, что попросила королева, и протянул ей.
– Он, что – не умеет разговаривать на нашем языке? – задал Везунчик давно мучающий его вопрос.
– Почему ты так думаешь? – удивилась королева.
– С того самого момента, когда твои воины схватили меня, ни один из них не произнёс и словечка, – объяснил он.
– Они говорят лишь по моему приказу, а в других случаях только тогда, когда сочтут нужным, – ответила Ирис, протягивая ему три свитка. – В каждом из них есть пергамент с переводом, – продолжила она. – Но всё, что там сказано, кажется мне полнейшей неразберихой, – Ирис наблюдала за тем, как Везунчик читает переводы. – Ну, и помимо этого, есть ещё одна большая проблема – отсутствует нумерация свитков.
– Да, я это заметил, – согласился он, не отвлекаясь от своего занятия.
– Может, существует девятый свиток? – предположила Ирис.
– Нет, – возразил Везунчик. – В легенде бы упоминалось о нём, но там сказано всего лишь о восьми, – он отложил красные кожаные свёртки в сторону. – Ну, и как мы со всем этим поступим? – он обвёл рукой ключ к сокровищам Прекрасной Ванды. – Я так понимаю, мы оба не уверены друг в друге на все сто процентов, – он усмехнулся.
– Предлагаю разделить свитки пополам, – высказала Ирис вслух идею, вертевшуюся в голове у Везунчика.
– Отличный вариант, – одобрил он, не желая быть мелочным, посчитав глупым лишний раз спорить с особой женского пола. – Надеюсь, вам не придёт в голову ночью выкрасть мою часть и смыться в неизвестном направлении? Кстати, – сменил он тему, увидев недовольство, промелькнувшее в её глазах. – Вы вернётесь в свои шатры или останетесь здесь? Весь третий этаж моего замка состоит из гостевых комнат, – сообщил он и поспешно добавил. – Могу поклясться на своём гербе, что не буду делать попыток завладеть вашей половиной свитков.
Похоже, Ирис поверила в искренность его слов, во всяком случае, королева приняла предложенное гостеприимство и оккупировала третий этаж замка Грёз, предварительно выставив на лестничной площадке охрану из двоих воинов.
Ужинать в обеденном зале её королевское величество отказалась, пожелав сделать это в апартаментах верхнего этажа, превратив одну из комнат в столовую. Она так же послала одного из своих истуканов в лагерь из шатров и, вскоре прилетело ещё несколько колесниц с остальными людьми королевы. Здесь были: две её личные служанки – обе с длинными светло-каштановыми волосами, повар, посыльный и ещё четверо воинов. Они привезли весь имеющийся багаж, вместе со свёрнутыми в узкие валики цветными шатрами.
Везунчик имел возможность убедиться в том, что королева весьма неприхотлива, о чём свидетельствовало достаточно небольшое (если учесть и всех её слуг), количество тюков с одеждой и другими мелочами. Королеву в этот вечер он больше не видел. Вдобавок, Везунчику вдруг безумно захотелось спать. Не сумев пересилить неизвестно откуда нахлынувший на него приступ зевоты, он отправился в свою уютную спальню со светло-коричневым ковром на полу. Забравшись в кровать, застланную шёлковыми простынями кремового цвета, уснул в тот же миг, как его голова коснулась мягких подушек.