Выбрать главу

– Неужели ты в самом деле не понимаешь, что люди жертвуют собой ради спасения другого Человека, народа, всего Человечества бескорыстно!

– Насколько же были прозорливы наши древние мудрецы, когда говорили, что, для достижения серьёзной цели, не следует останавливаться перед средствами и считать число жертв, приносимых ради этой цели. Смерть есть неизбежный конец для всякого. Лучше этот конец приблизить к тем, кто мешает нашему делу, чем к нашим, к нам, создателям этого дела. В этой разнице способности мышления между людьми, о которых ты говоришь, и нашими, можно ясно узреть печать избранничества и человечности, в отличие от инстинктивного, животного ума тех жертв, которые мы приносим. Они зрят, но не предвидят и не изобретают, разве только материальные вещи. Из этого ясно, что сама Природа предназначила нам руководить и править миром.

– Творец судит в Аиде каждого не по делам, а, по совести.

– Судьи будут избираемы нами из среды только тех, которые твёрдо будут знать, что их роль карать и применять законы.

– Властелин Тьмы деспотичен, он судит каждого по тому выбору, который ты не совершал.

– Я основываю деспотизм на праве и долге: право вынуждать исполнение долга есть прямая обязанность Правительства, которое есть отец для своих подданных. Оно имеет право сильного для того, чтобы пользоваться им во благо направления Человечества к природно-определённому строю – послушанию. Всё в мире находится в послушании, если не у людей, то у обстоятельств или у своей натуры, во всяком же случае – у сильнейшего.

– Истинный Правитель не тиран и не деспот, как ты думаешь.

– Наш Правитель будет охраняться только самой неприметной стражей, потому что мы не допустим и мысли, чтобы против него могла существовать такая крамола, с которой он не в силах бороться и вынужден от неё прятаться. Если бы мы допустили эту мысль, как это делали и делают люди, то, тем самым, мы подписали бы приговор, если не ему самому, то его династии в недалёком будущем.

– Но сила Правителя не в скрытности, а в его истинной сущности.

– В наших руках – величайшая современная сила – золото! Неужели нам ещё доказывать, что наше правление предназначено от Создателя?! Неужели таким богатством мы не докажем, что это зло, которое столько веков мы вынуждены были творить, в конце концов, послужило к истинному благу – приведению всего к порядку?! Хотя и через некоторое насилие, но он, всё же, будет установлен. Мы сумеем доказать, что мы – благодетели, вернувшие растерзанной Земле истинное добро и свободу личности, которой мы дадим пользоваться покоем, миром, достоинством отношений, при условии, конечно, соблюдения установленных нами законов.

– Действительно, ты абсолютно прав, истинный Правитель от Создателя, но не по крови или назначению свыше, а в соответствии с проявленными им качеств Эпох Единого Цикла.

– Истинный Правитель проявлен в укреплении династических корней царствующего ныне и до конца времён до последних слоёв Земли… Это укрепление заключается, прежде всего, в том, в чём, до сего дня, заключалась сила сохранения за нашими мудрецами ведения всех мировых дел, направления воспитания мысли всего Человечества….

– Я всё равно пройду, ты меня не остановишь, я не для того сюда пришла, чтобы выслушивать от тебя всю эту мерзость.

Анастасия быстро побежала через площадку по направлению к лестнице. Наперерез, преграждая ей путь, из тени стены метнулась фигура Человека. Он был намного быстрее Анастасии и сильнее, обхватив её руками он с силой отшвырнул её от стены и быстро придавил к камням, схватив за горло руками. Над ней нависало всё заросшее грязными длинными седыми волосами сморщенное старческое лицо. Сплошной смрад ударил в лицо Анастасии, слюни и пена проступали сквозь сжатые гнилые и кривые его зубы.

– Я исполню волю хозяина…, никто не пройдёт туда….

Неожиданно какая-то неведомая сила резко оторвала старика от Анастасии. Она наконец вздохнула полной грудью, постепенно приходя в себя. Потом села, тяжело дыша и подкашливая, на шее и в горле ощущалась острая боль. Над ней склонилась чья-та тень.

– Ну и как чувствуешь себя, всё в порядке?

– Илья, ты как здесь оказался…?

Анастасия не верила глазам, над ней стоял Илья в своём чуть Светящемся ясным золотистым Светом венце.

– Всё время пока ты шла сюда я шёл за тобой.

– Зачем?

– Только ты можешь его принести сюда, больше никто.

– Что принести?

Анастасия интуитивно почувствовала приближение катастрофы.

– Вот его….

Илья склонился над ней и сорвал у неё с браслета ключ.

– Но это же невозможно, никто не может его увидеть?! Отдай, прошу тебя, в нём моя последняя надежда…!

– Этот ключ из ларца Завета, что был оставлен с Заповедями Творцом для людей. Он всего лишь закрывал и открывал сам ларец.

– Ларец с Заповедями…, и где они сейчас, ларец пуст, я видела его у Нелли….

– Ну, как тебе сказать, они в данный момент здесь.

– Где здесь, не понимаю?

– Люди посчитали, что ценность Заветов так для них важна, что и жить без них невозможно. Потому они стали их охранять, доверив охрану самым достойным, которых они выбрали из людей – избранным. Шли времена, люди менялись, а те, кто по преданиям стерёг Заветы были скрыты уже много поколений от глаз смертных. Никто уже давным-давно не то что не изучает Заветы, а даже не догадывается об их существовании. И вот только ты смогла принести ключ от ларца сюда и освободить наконец-то раба.

– Раба? Какого раба, не понимаю?!

– А вот этого самого….

Илья направился к стене, у которой тесно к ней прижавшись в каком-то испуге, весь сжавшись сидел грязный оборванный тощий нищий старик.

– Господин, ради всего…, пощади, я всё сделал как ты велел, я никого не пропускал, я всё делал ради твоего покоя…, пощади, ради всего….

Старик всё плотнее прижимался к стене и тарабанил скороговоркой одну и ту же фразу. Только сейчас Анастасия с ужасом увидела на шее старика ошейник, к которому была прикреплена толстая цепь. Цепь была длинная она тянулась откуда-то и пропадала в тумане. Илья подошёл к старику, тот весь сжался в ужасе, тарабаня свою фразу уже шёпотом, наклонился над ним и ключом открыл замок на ошейнике старика, который со звоном упал перед ним.

– Свободен!

Наступила абсолютная тишина. Через некоторое время старик осторожно и с ужасом в глазах поднял свой ошейник.

– Господин, но как же…, господин, но я же верно…, я не могу, не прогоняй меня…, господин….

– Ключ, что же не от двери, а от ошейника?

– Ключ от ларца, а ошейник они себе уже сами сделали, а ключ стал неким высшим символом принадлежности к избранным.

– А что же было тогда в ларце?

– В ларце была просьба: беречь, по возможности, это место на Земле как самое ценное, что есть у Человечества!

– И всё, никаких больше Заветов?

– Никаких. Они восприняли это буквально, приковав себя к скале, даже не потрудившись понять, а что это за место.

– А что здесь…, ведь они охраняют вход на лестницу, разве не так?

– Они сами себя превратили в рабов, якобы служа некоему хозяину, которого они и в глаза не видели. Идём, ты первой должна это увидеть.

Илья скрылся в тумане, там, где пропадала цепь. Анастасия пошла за ним. Следом, прячась за камнями, крадучись поплёлся старик. Они вошли в небольшую пещеру, где по всей видимости жил старик, потому что в глубине её из стены торчало металлическое кольцо, к которой была прикреплена цепь.

– Я здесь жил, как господин и велел мне….

– На самом деле ты охранял не лестницу, а по Завету вот этот вход в сокровищницу.

Илья прошёл в самый дальний и тёмный угол пещеры и скрылся из глаз.

– Туда нельзя, там Тьма, она никого не щадит.

В дальнем тёмном углу был невидимый узкий проход, за которым открывалась огромная кварцевая пещера. Илья зажёг фонарь и поставил его перед зеркалом, стоящим при входе. Пещера наполнилась мягким тёплым Светом. Весь верх пещеры был устремлён к низу как конус, а под ним находился выдолбленный столп, на котором стояла чёрная кварцевая чаша. Все молча стояли и чего-то ждали. Наконец на острие конуса что-то сверкнуло и с него сорвалась капля тёмной смолянистой жидкости, которая упала в чашу. Под полом пещеры что-то дрогнуло, и пещера заколебалась, как будто Земля сдвинулась со своего места.