Вознесенский Андрей Андреевич,
поэт, прозаик. (1933–2010). На его стихи написано множество песен. В спектакле «Антимиры», поставленному по произведениям Вознесенского, Высоцкий впервые вышел на театральную сцену с гитарой, пел и читал стихи. Высоцкий не только читал стихи Вознесенского, но и написал песню на его стихотворение «Песня акына».
Андрей Андреевич и при жизни поэта, и после его смерти посвящал своему другу стихи. Вот его лучшее, по моему мнению, стихотворение о Высоцком:
ПЕВЕЦ
Не называйте его бардом.
Он был поэтом по природе.
Меньшого потеряли брата —
Всенародного Володю.
Остались улицы Высоцкого,
Осталось племя в «Леви-страус»,
От Черного и до Охотского
Строка неспетая осталась.
Вокруг тебя за всяким дерном
Растет толпа вечно живая.
Ты так хотел, чтоб не актером
Чтоб поэтом называли.
Правее входа на Ваганьково
Могила вырыта вакантная.
Покрыла Гамлета таганского
Землей есененинской лопата.
Дождь тушит свечи восковые…
Все, что осталось от Высоцкого,
Магнитофонной расфасовкою.
Уносят, как бинты живые.
Все, что осталось от Высоцкого,
Его кино и телесерии,
Хранит от года високосного
Людское сердце милосердное…
Ты жил, играл и пел с усмешкой,
Любовь российская и рана.
Ты в черной рамке не уместишься.
Тебе тесны людские рамки.
С какой душевной перегрузкой
Ты пел Хлопушу и Шекспира —
Ты говорил о нашем, русском,
Так что щемило и щепило.
Писцы останутся писцами
В бумагах тленных и мелованных.
Певцы останутся певцами
В народном вздохе миллионном…
Аксенов Василий Павлович,
писатель (1932–2009). Печатал стихи Высоцкого в созданном им вместе с другими советскими писателями бесцензурном альманахе «Метрополь». Альманах так и не вышел в советской печати и был издан в США. Аксенов не только посвятил стихи Владимиру
Высоцкому, но и вывел его в своем романе о шестидесятниках в художественном образе Влада Вертикалова. Аксенов широко известен как прозаик, автор романов, повестей, рассказов, но писал и стихи. Вот его стихотворение на смерть Высоцкого:
Злополучный июль оборвался и хлопнул струною,
И погода теперь ни к чему, как гитарная дека,
Перед нашей большой, перед нашей великой страною
Засияла дыра, и не стало человека.
Как нам брата родного засыпать навеки землей?
Мы привыкшие к смерти — не желаем поверить.
Милый, добрый, простой, а поэтому яростно злой,
Он бессмертьем своим заглушил несказанно с потерей.
Но искусство всегда и над смертью имеет торжество.
Наша правда и кричит хрипловатым чарующим звуком
Мы наследники правды, мы наследники сердца его.
Сопричастного всем нашим победам и мукам.
Мир еще удивится, делясь на восторг и на страх,
Иностранцам и русским Высоцкий еще улыбнется!
Он, конечно, вернется, весь в делах и друзьях и стихах,
Даже в этот июль он когда-нибудь вернется!
Казакова Римма Федоровна,
поэтесса, автор многих популярных песен советского времени (1932–2008).
О Владимире Высоцком Римма Казакова сказала: «Высоцкий и не поэт, и не музыкант, и не артист, он — явление…». У нее есть очень пронзительное, эмоциональное стихотворение, посвященное Владимиру Семеновичу:
ЗАПОЗДАЛОЕ ЗАКЛИНАНИЕ
Какие песни ни пропеты,
лишь ими дни не исчисляй.
Не исчезай с лица планеты,
прошу тебя, не исчезай!
Ты жил не зря, ты много сделал,
но нежно, неутешно жаль
живой души, живого тела!
Прошу тебя, не исчезай!
Не только — нотою упрямой
захлестывая мир и зал, —
как для любимой, как для мамы,
жив, во плоти — не исчезай!
Оправдывай хулу, наветы, озорничай, дури, базарь и лишь с лица своей планеты, прошу тебя, не исчезай.
Горячкой глаз, парком дыханья, —
даритель правды, маг тепла, —
с Таганки, из любых компаний
не исчезай, прошу тебя!
В календаре не смею метить
твою посмертную зарю.
Мне говорят: исчез в бессмертье.
— Не исчезай! — я говорю.
А ты, что пел, как жил, нелживо,
смеешься: мол, себя не жаль…
И говоришь всему, что живо,
и мне, как всем: — Не исчезай!.