Выбрать главу

5-я кавалерийская дивизия – Билец, Корчин, 23-го числа выдвинется на северо-запад, к Мехову;

8-я кавалерийская дивизия – Билец, Солец, юго-восточнее Стопницы;

туркестанская казачья бригада – Билец, Буск. 23-го числа выдвинется на северо-запад, к Нагловице;

14, 5 и 8-я дивизии назначены в рейд в южном направлении, 4-я и 5-я казачьи дивизии обеспечивают тылы на правом фланге.

До подхода 4-й и 5-й донских казачьих дивизий задача ведения разведки в западном направлении возложена на туркестанскую бригаду и 5-ю дивизию. Штаб казачьей бригады разместится в Нагловице (к северо-западу от Андреева). Бригада будет вести разведку до рубежа Лансберг – Соснице. 5-я дивизия силами своих 36 эскадронов ведет разведку на рубеже Соснице– Бендин до Кракова на фронте шириной 300 миль.

Австрийцы подожгли временно возведенный деревянный мост севернее Щецина; кроме того, сегодня с южного берега Вислы они обстреляли наши патрули.

После получения приказов из штаба корпуса или армии капитан Сапожников вызывает офицеров-связных и диктует им приказы по дивизии, которые эти офицеры доставляют в части и подразделения. По телефону в полки и бригады передается только время выступления. Приказы никогда не составляются до того, как произойдут столкновения с кавалерией противника.

Офицеры, которые командуют патрульными отрядами, получают подробные инструкции относительно районов ведения разведки, а также ее задач, требующих доклада командованию. Им указывается также время и место отправки донесений. Отправленные в разведку вчера утром три эскадрона 14-й дивизии должны были сосредоточиться на рубеже Корчин – Пинчов, откуда двигаться влево, к Висле, до рубежа Корчин – Бржеско.

Офицеры объясняют нежелание австрийской кавалерии вступать в бой с русскими кавалеристами отсутствием у противника пик. Теперь каждый русский кавалерист, если позволяет обстановка, должен будет иметь при себе пику. Немецкая пика на несколько дюймов короче русской, что стало для русских очень приятным откровением. Русская кавалерия в разведке придерживается практически той же тактики, что и немецкая: ее задачей является уничтожение любого разведывательного подразделения противника. В начале войны немецкие уланы в Польше носили на пиках флажки, которые, впрочем, вскоре отменили. Австрийские карабины несовершенны. В 14-й дивизии говорят, что ни один солдат еще не был даже ранен из этого оружия.

Дивизионный врач рассказал мне, что у него двое сыновей и дочь. Он и его дети – лютеране. Один из сыновей женат на девушке – православной, второй – на католичке. Дочь замужем за мусульманином.

Среда, 23 сентября 1914 г. Злота

Мы поднялись в 6.30 и в 8 часов утра, попрощавшись и поблагодарив наших хозяев, у которых жили в течение последних двух дней, покинули этот дом. Под пронизывающим ветром мы ехали верхом по самым ужасным дорогам, каких мне не приходилось видеть даже в России. Наш путь лежал к Висле, после чего, развернувшись налево, мы перестроились в две колонны и вступили в бой против 200 «соколов», как называют себя польские партизаны. Не самое приятное дело!

В 21.45 мы остановились в комфортабельном доме в городке Злота. Практически 14 часов пришлось провести в пути. Какая удача, что Максим успел сделать для меня несколько бутербродов, за что я ему сердечно благодарен. Русские слишком мягкосердечны. На обратном пути несколько раз мы плутали, и если бы кто-нибудь поинтересовался моим мнением, то я бы, разумеется, захватил кого-нибудь из местных жителей и заставил его показывать дорогу.

Офицеры почти всегда носят карты в шапках. Они никогда их не разворачивают. Карта-двухверстка, которая не поступает в продажу, достаточно достоверна. Десятиверстка полна неточностей и явных ошибок.

Двухверстки поступают в войска в недостаточном количестве, поэтому некоторые офицеры пользуются трехверсткой, скверной картой, где слабо отражен рельеф местности.

Офицеры в составе «боевых патрулей» часто оказывались без карты местности, на которой им предстояло действовать. Причина, разумеется, заключалась в том, что такие карты остались в тыловом обозе.

После начала войны каждый полк 14-й дивизии получил по 203 запасных лошади. Эти лошади поступили в резервные эскадроны. Примерно 90 из них через несколько месяцев пошли на ежегодную замену конного состава. Остальные были предназначены для создания шести новых кавалерийских полков, которые предложили сформировать в этом году. Большинство животных плохо обучены и настолько слабы, что множество уже успело выйти из строя. Помимо этого, больных и слабых лошадей практически каждый день прямо на марше меняют на реквизированных в обмен на квитанции у местного населения.