Выбрать главу

Однако она сказала Джону правду: Роберта она не любит. Разве это возможно? Ни одна женщина не может любить мужчину, которому не доверяет, который обманул, оскорбил ее, как это сделал Роберт.

Что же касается физического влечения, так сильно мучающего ее… Холли с трудом сглотнула: горло словно судорогой свело.

Возможно, Джон прав. Возможно, единственный способ избавиться от этой муки — это… Что? Переспать с Робертом?.. Заняться с ним любовью?..

От этой мысли все ее тело будто сжалось в комок, словно защищаясь. Разве она решится на такой шаг? Нет… невозможно. Слишком велика опасность потерять над собой контроль, опять превратиться в беспомощную девчонку, не способную справиться со своей безудержной страстью. Холли до сих пор помнила свои ощущения: когда Роберт обнимал ее, целовал, она словно теряла рассудок, безвольно погружалась в бездонный омут. Темные воды смыкались над ее головой, и она понимала, что тонет и никто ей не поможет, никто не спасет… Вторично ей не пережить подобной муки, подобного унижения. Нельзя подвергать себя такому риску.

А что, если ей все-таки удастся сохранить самообладание? Что, если она сумеет доказать и себе, и Роберту, что он больше не имеет над ней власти и его прикосновение не способно возбудить ее, заставить желать его с такой силой, что все остальное теряет смысл, а здравый рассудок и ощущение реальности становятся лишь ненужными барьерами, которые она разрушала с такой же легкостью, с какой сбрасывала одежду? Если все обернется именно так, может, она наконец вырвется на свободу, как и предположил Джон?

Холли пила кофе маленькими глотками, еле удерживая чашку в дрожащих пальцах. Она убеждала себя, что, должно быть, слегка опьянела от красного вина, выпитого в гостях. Иначе откуда взялись такие опасные и бесстыдные мысли?

«Есть одна причина», — сказал Роберт и поцеловал ее, зная, что она не останется равнодушной, что…

Дрожа всем телом от невероятного нервного напряжения, Холли заставила себя встать. Было уже далеко за полночь — начало второго, — а завтра рано вставать. Пора ложиться спать. Холли допила кофе, вымыла чашку, привела кухню в порядок и пошла наверх, в спальню. Черт бы побрал Джона Ллойда… Во всем виноват он: заставил ее заглянуть себе в душу и ужаснуться… Бывают мысли, которые лучше не вытаскивать на свет Божий…

После свидания с Джоном прошла неделя — самая напряженная за последние месяцы. Казалось бы, у Холли не было ни единой свободной минутки, чтобы перевести дух и подумать о чем-то кроме работы, и все же по вечерам, когда звонил телефон, она всякий раз напрягалась, чувствуя, как перехватывает дыхание, пока не снимала трубку и не убеждалась, что это не Роберт. Нет у него никаких причин звонить мне, с досадой говорила она себе, но полностью изгнать его из своих мыслей не могла. По ночам он ей снился… снилось, как он гонится за ней, а она бежит по росистой зеленой лужайке, путаясь в высокой траве, которая становится все выше и гуще, и чувствуя, что слабеет с каждой секундой… Ей совсем не хочется убегать… сейчас она остановится и обернется… На этом сон, как правило, обрывался.

— Вы похудели, — заметила Элис, приглядевшись к Холли. — Наверно, забываете поесть.

— Маленькое уточнение, — улыбнулась Холли. — У меня просто нет времени как следует поесть. Скорее бы Пол вернулся.

— Ну, теперь уж недолго осталось ждать, не так ли? Презентация, можно сказать, на носу.

— Ой, не напоминай мне, — простонала Холли, хватаясь за голову. Элейн уже звонила ей и сообщила, что договорилась с представителями ведущих газет об интервью, которые они возьмут у Холли, а начальник отдела по связям с прессой всячески убеждал ее съездить в Лондон, чтобы хорошенько подготовиться к рекламной кампании и навести последний глянец на имидж их фирмы.

— Почему вы не хотите ехать? — удивилась Элис, когда Холли призналась ей в этом. — Только представьте: гардероб, полный новой одежды, возможность посетить лучшего парикмахера и косметолога.

— Лет десять назад я бы, наверно, соблазнилась, — ответила Холли. — Но теперь мысль о ворохе ненужной модной одежды, которая будет висеть без дела в шкафу, вызывает у меня только досаду. Напрасная трата времени и денег… Я же знаю, что всю осень буду в свободное время работать у себя в саду, надев старый свитер Пола, джинсы и резиновые сапоги.

Элис рассмеялась.

— На днях я видела в журнале умопомрачительные бархатные комбинезоны, облегающие тело как перчатка. Представляете, какой фурор вы произведете у нас, появившись в таком костюме? С вашей фигурой вы вполне можете себе это позволить…