Выбрать главу

Посвежев и приведя себя в порядок, я иду в сторону обеденного зала. Крешейк чуть заметно вибрирует — готовится отплыть из подводного города. В просторном холле с некогда панорамными, а сейчас задраенными окнами на удивление пусто. Быстро завтракаю остатками пышного завтрака, и иду к капитанскому мостику. Знаю, что мое место сейчас именно там.

Двери распахиваются раньше, чем я успеваю занести руку для стука, и статный атлант в белой форме впускает меня внутрь.

— Варисса! — радостно восклицает Цисса и бросается ко мне, усаживая в последнее свободное место за круглым столом. — Как вы выспались? Вчерашняя прогулка не сказалась на вашем самочувствии?

Я отрицательно мотаю головой. Чувствую разбитость во всем теле, но от такого внимания и обхождения мне лучше с каждой минутой. Взгляд падает на Никеля. Он сидит в кресле, вольготно откинувшись на спинку и положив ногу на ногу, и покачивается вместе с ним. Туда-сюда. Сюда-туда. Он расслаблен и напоминает довольного кота, наблюдающего за мной из-под полуприкрытых век. Один его вид вмиг лишает меня душевного покоя, в груди сладко ёкает. Жаль только, поиграть в гляделки не получится. Помимо него за столом восседает Треор Асти и еще парочка смутно знакомых атлантов. На мостике светло, душевно и даже уютно. Но чего-то не хватает. Или кого-то?

Снаружи, в доке, кипит бурная деятельность. Группа арзисов следит за тем, чтобы последняя партия из предназначенной Сатитару древесины и пищи благополучно перекочевала за внутренний купол. Сам крешейк уже завел двигатели, ожидая момента, когда можно будет отдать приказ на заполнение дока водой и отчалить.

— Во-первых, хочу принести вам извинения за случившееся, — деловито начинает Треор. — Поломки в столице случаются постоянно — город переживает не лучшие времена в техническом плане… Мы не знали, что вы пойдете в некрополь, а у служителей есть ключи на случай, если лифт выйдет из строя.

— Я тоже хочу извиниться, — внезапная доброта командора вызывает у меня порыв покаяться в ответ. — Пойти туда было целиком и полностью моей идеей. Надеюсь, мы не осквернили вашу святыню своим появлением?

— Не волнуйтесь об этом, — смеется Цисса. — В таком случае вы бы с нами здесь не сидели.

— ???

Асти недовольно смотрит на Циссу, хмурится и, отвечая, тщательно подбирает слова.

— Некрополь сам решает, кого впускать и кого выпускать. Были разные случаи… Из-за них мы и перестали приглашать туда туристов, тем более — иномирцев. Намоленное место, знаете ли…

На миг помрачневший под строгим взглядом начальника Цисса снова смелеет.

— Да брось, Треор! Это все страшилки для наивных чужаков. А если и нет — спасение стало еще одним доказательством вашего особого дара, — он хитро улыбается и прищуривается сквозь цветные стекла очков. — Вселенная любит вас, поверьте.

Что ж, поверю на слово. Меня гораздо больше интересует другое — где наш третий напарник? Да, мы в последнее время не очень-то ладим, но он имеет такое же право присутствовать за этим столом.

— Где Тимериус Кальведросси? — я решаю озвучить свое недовольство вслух.

Секунду мне кажется, что командор не понимает, о ком идет речь.

— А, это ваш атлантийский друг, — хлопает он себя по лбу. — Кальведросси вызвался помогать при отплытии крешейка. Вон он, видите?

Асти показывает мне за спину, и я оборачиваюсь к панорамного окну.

— Да, кстати… Еще один вопрос, который мы хотели бы обсудить с вами, как раз его и касается. Он не может находиться среди нас. И, тем более, рассчитывать оказаться среди участников экспедиции в другой мир — если таковая вообще случится.

Я в шоке. Никель резко распрямляется, сдергивая с себя благодушный настрой и показывая свою обычную сущность — требовательную, жесткую, властную.

— Что вы имеете в виду? — негромко и ласково спрашивает он, буравя командора взглядом. О, я знаю этот голос. Я бы обязательно посочувствовала Асти, если бы сама не возмутилась до глубины души.

Никель не делает никаких угрожающих жестов, но Треор чувствует, что набилианец находиться на пределе — он ведь далеко не глуп, наш усталый командор. И отвечает ему так же терпеливо, но твердо.

— Именно то, что я и сказал, къерр Андо. Мы высадим Тимериуса на ближайшем плавучем острове. Думаю, он не заблудится в родном мире, хотя всякое может быть после такого долгого отсутствия…

И тут мне становится ясно, откуда растут ноги у напряженных отношений между Тимом и арзисами. Почему он старается избегать их, будто чувствуя вину, и, даже совершая шаги навстречу, натыкается на невидимую стену отчуждения и непонимания. Завуалированного презрения.