Выбрать главу

— Благодарю вас, воины, что не посрамили вы славного имени российских солдат! Что не ринулись вы алчущей толпой на рухлядь османскую, забывая при том, что главная добыча воинства — мощь Отечества! Спасибо вам за викторию!

Наградой Румянцеву за Ларгу был орден Святого Георгия I степени. Не считая Екатерины II, которая также возложила подобный знак на себя как гроссмейстер ордена, Румянцев стал первым кавалером высшей степени единственного военного ордена России.

Вскоре был Кагул, и он стал фельдмаршалом. Был переход с армией за Дунай, и он стал Румянцевым-Задунайским. В 1774 году он заключил мир с Портой и по-прежнему управлял Малороссией, которая ему была поручена еще в начале 60-х годов. Потом была еще одна русско-турецкая война — 1787—1791 годов, и вновь он — командующий одной из армий.

Умер Румянцев в 1796 году — через несколько недель после воцарения Павла I, захватив, таким образом, всю российскую историю XVIII столетия — от Петра до Павла.

Лучшим — труднейшее

Племянник канцлера императора Петра III Романа Воронцова и брат императрицыной же фаворитки Семен Воронцов родился в 1744 году. В силу своего вопиюще близкого положения у трона при прежнем правителе Семен при новом — после свержения Петра и воцарения императрицы Екатерины, второй по счету — оказался не у дел. Именно поэтому с начала русско-турецкой войны в 1768 году он начал усиленно рваться в действующую армию и наконец был милостливо туда отпущен.

Он прибыл к Румянцеву в чане премьер-майора. Командующий, решив действовать но принципу «кто утонет — тот не моряк», бросил Воронцова к егерям — снайперской пехоте, созданной и лелеемой им самим лично. Здесь были собраны лучшие из лучших, и Воронцову было доверено возглавить их — один из считанных батальонов на всю армию. «Справится — честь ему и хвала, не справится — плакать не будем. Жили без него — проживем сим способом и далее», — решил Румянцев.

Воронцов справился. По прошествии долгих десятилетий, уже плотно осев в Лондоне, он будет часто вспоминать эти прекрасные и яростные годы…

Егерский батальон Воронцова входил в авангард корпуса генерала Баура. Это еще одна непростая судьба того причудливого века, когда карьеры строились молниеносно, и так нее, вдруг, люди уходили в тень небытия.

Боевой офицер армии Фридриха II Баур после окончания Семилетней войны перешел в русскую службу. Екатерина II, проверив его организационные способности, дала ему чин штабного генерала — генерал-квартирмейстера и с самым теплым сопроводительным письмом отправила в армию Румянцева. Тот не любил рекомендации людям военным от лиц штатских, подозревая, что достоинства свои в этом случае они выказывали более на паркете, чем в бою. И, как правило, сие подтверждалось. Но в данном случае командующего постигло приятное разочарование — Баур стоил своих лестных отзывов, и поэтому ему было доверено командование авангардным корпусом, который должен был по замыслам Румянцева стать острием всех его планов. Кончик этого острия составляли егеря…

Самыми значительными в этой войне были победы русской армии при Ларге и Кагуле, — прежде всего они потрясли Османскую Порту и всю Европу, раз и навсегда утвердив мощь русского оружия в землях блистательного султана. Именно в этих сражениях и отличились более всего егерские роты Воронцова.

За Ларгу уже подполковник 3-го Гренадерского полка, в состав которого входили его егеря, в дальнейшем переименованного в лейб-гренадерский Екатеринославский, Семен Воронцов награждается орденом Святого Георгия IV степени под номером «12» — «за оказанную храбрость при овладении неприятельских ретраншемента и батарей»…

Через две недели был Кагул…

В пятом часу, когда сквозь сероватую и холодную дымку утреннего тумана только начали проступать контуры окружающего, днем по южному яркого и многоцветного, мира под мерный, ввергающий в транс единения, грохот полковых барабанов русские каре начали подступ к турецкому лагерю. День 21 июля 1770 года наступил.

Согласно диспозиции главнокомандующего генерал-аншефа и кавалера Румянцева русская армия наступала четырьмя группами: авангард генерал-квартирмейстера Баура — четыре тысячи штыков — атаковал турок в охват левого фланга их укреплений; дивизия генерал-поручика Племянникова — 4,5 тысячи человек — должна была атаковать левый фланг турецкой позиции с фронта, в лоб; дивизия генерал-аншефа Олица — 7,5 тысячи солдат — совместно с дивизией Племянникова также атаковала левый фланг турок; дивизия генерал-поручика Брюса — 3 тысячи человек и авангард генерал-поручика Репнина — 5 тысяч пехоты шли на правый фланг противника. Главные силы конницы — до 3,5 тысячи сабель генерал-поручика Салтыкова — двигались между дивизиями Олица и Брюса.