Лоуренс улыбнулся и зевнул. Холодная, сухая кожа лица словно надломилась – она ощущалась как тоненькая ледышка. Боль прогнала остатки сна.
Погода ожидалась солнечная. Хоро наморщила лицо, не открывая глаз, и убрала голову обратно под одеяло.
После успешного спасения большой лодки Лоуренс думал, что лодочники будут праздновать всю ночь. Но, похоже, они отлично знали свои обязанности. Они понимали всю опасность плавания на лодке после целой ночи пьянства и потому выпили совсем немного, после чего улеглись спать.
Они легли даже раньше, чем просохла их одежда. К счастью, многие лодки везли кожи и шкуры, так что речники вполне могли спать и без одежды. Однако компания голых мужчин, спящих в груде кож и шкур, была просто невероятным зрелищем. Хоро непременно сказала бы «у меня нет слов», и Лоуренс не смог бы не согласиться.
Похоже, спали вообще все – Лоуренс был единственным, кто проснулся. Не из-за холода, не из-за того, что ему удалось поспать в лодке накануне. Просто чутье. Как сказал бы он сам совсем недавно: «Следует ценить каждую секунду времени, ибо это дает шанс получить прибыль». Ему не хватало этого ощущения в последнее время.
И именно так он чувствовал себя сейчас. С рассветом приходят новые возможности для торговли, и если он будет работать усердно, то даже сможет извлечь прибыль. Одна серебряная монета, потом две, потом три… всегда приумножать, никогда не терять… это пьянило.
Сейчас он вновь испытывал это ощущение.
По мере того как путешествие близилось к концу, Лоуренс перестал стремиться вперед. Перестанет ли он ждать рассвета совсем? Он знал, что каждая встреча заканчивается прощанием, но постепенно стал ненавидеть эту мысль. Даже Хоро, Мудрая волчица из Йойтсу, не могла разорвать эту неизбежность.
Но сейчас Лоуренс, обычный человек, нашел способ стряхнуть это угнетающее чувство. Давненько он не пробуждался так рано, и он знал почему. Он нашел повод продолжать идти вперед.
В Ренозе он решил, что в конце путешествия будет улыбаться; и они с Хоро выяснили, где лежит их место назначения. А вчера он выбрал, каким путем они туда попадут.
«Давай попутешествуем спокойно, а потом расстанемся, когда доберемся до Йойтсу. Что скажешь?»
Так его спросила Хоро; но жадный торговец и зловредная волчица просто не могли «попутешествовать спокойно».
Лоуренс витал в облаках, точно ребенок. Он не знал, что его ждет впереди. Если то, что они услышали, было правдой, то Хоро придется тяжко. А это вполне могло быть правдой. Но Лоуренс не считал, что сделал безрассудный выбор, потому что…
Размышления Лоуренса прервало донесшееся из-под одеяла чихание. На постоялых дворах, если люди хотят обсудить что-то втайне, им необходимо уметь отличать тех, кто спит, от тех, кто лишь притворяется спящим, а сам подслушивает. Сейчас чихание, покашливание и глотающие звуки из-под одеяла давали ясно понять, что Хоро проснулась.
Приподняв край одеяла, Лоуренс увидел, как она трет рукой нос. Почувствовав движение материи, Хоро подняла голову, чтобы оглядеться. Но ее глаза смотрели мягче обычного.
– Ммм… давненько я не просыпалась в таком бодром настроении.
Лоуренс не считал, что сделал безрассудный выбор, потому что Хоро чувствовала ровно то же, что и он. По крайней мере должна была.
***
– Ты уверен, что вы хотите вернуться?
Когда солнце взошло, лодочники принялись готовиться продолжить свой путь. Рагуса лишь стоял и раздавал приказы. Похоже, это была его награда за деяния минувшей ночи. Возможно, какой-то обычай лодочников.
Но лицо Рагусы, на котором было написано «я герой дня», сразу стало нервным, когда Лоуренс сказал, что он и Хоро возвращаются в Реноз.
– Мы, конечно, застряли здесь на ночь, но сегодня пойдем полным ходом… нагоним потерянное время быстро!
Он встревоженным голосом пытался переубедить Лоуренса, но тот вежливо отказался.
– С самого начала, отправляясь в Кербе, мы делали крюк; надо-то нам не туда. За ночь мы все обдумали и решили вернуться.
– Ох… какая жалость… для меня как для лодочника это просто ужасно, но остановить вас я не могу.
У него было такое лицо, какое, видимо, было бы у Лоуренса, если бы он потерял кошель… Лоуренса даже слегка кольнуло чувство вины. На самом-то деле они не собирались возвращаться в Реноз. Они хотели добраться до Кербе раньше всех. Но Лоуренс вынужден был лгать, ибо способ, каким они туда доберутся, должен был остаться в тайне.