— А вот это интересная мысль. Редактор «Криминального ТВ» поддерживает наши идеи о засилии инородцев в России. А из журналюг, подключим «Желтую газету». Я им, еще солью кое какую информацию, о связях мэра с национальными диаспорами. Сразу убьем двух зайцев. После обеда, возможно ближе к вечеру, я стравлю между собой недобитков Теймураза и людей Мустафы. Кто в живых останется, тех менты повяжут. Как думаешь? Джип с Теймуразом, сегодня найдут?
— Да. Там свалка недалеко. Бомжи возможно уже нашли.
— На субботу, раз Теймураза уже убрали, займемся Центральным рынком. Сейчас мы там хозяева. Теймураз перед смертью доверенность подписал. Там будем действовать в открытую. Меняем охранников, ставим своих парней, назначаем нового директора рынка.
— Менты против нас не подпишутся?
— Нет. Еще и помогать будут. Контрольный пакет акций у нас. А затем и с остальными акционерами разберемся.
— Полковник, ты никак город решил под себя взять?
— И не только город. Таких, которые думают как мы, по России миллионы. В стране должны остаться коренные национальности. Приезжим здесь делать нечего.
— Да, кто бы спорил. Полковник, я тогда, займусь с завтрашними статистами, а ты реши с журналистами. Начнем операцию у центрального входа, там, где бананы продают.
— Знаю это место. Ты, еще вот что. Раздай своим парням премию и предупреди, что бы языками не чесали.
Полковник достал из стола конверт с деньгами и подвинул его Бору. То поморщился, но взял.
— Бор, тебе чего-то не нравится?
— Полковник, мы за идею работаем, а ты сводишь все к деньгам.
— Каждая идея должна материально стимулироваться. Иначе это будет не идея, а утопия. Уж на что коммунисты считались бессеребрянниками, но у всех вождей были заначки. Парни молодые, им нужно оторваться, а на какие шиши. Если не будем спонсировать мы, то проспонсирует кто-то другой.
Бор покрутил конверт с деньгами и вышел. С Серым они встретились в коридоре. Тот выходил из бухгалтерии.
— Серый, аванс получил?
— Да. Но что-то много дали.
— Много, не мало.
— Бор, а в кадрах, что за девчонка сидит?
— Аленка, дочь Полковника.
— Я, ее, в кафе пригласил. Она вроде не против.
— Наш пострел, везде успел.
— Бор, а директор клуба, действительно Полковник?
— Да. Командир батальона армейского спецназа. Так что ты с ним общий язык найдешь. Ты же тоже там служил.
— Так он вроде еще молодой. Ему еще можно было служить и служить.
— В Чечне накосорезил. Его парни на зачистке кого-то не того хлопнули. Был большой скандал. Полковника, от греха подальше, тихо спровадили на пенсию. Ты, сейчас, куда?
— Домой. Соберу вещи, а вечером с Аленкой в кафе.
— Удачи тебе.
Бор хлопнул Серого по плечу и прошел в спортзал. Парни из его пятерки занимались спаррингом. Бор отозвал Зигфрида в сторону и подал ему конверт.
— После тренировки, разделите между собой. Если что, я вас найду. У меня еще дел по горло.
Сергей стоял возле сейфа, пытаясь открыть его. Замок вечно заедал и он уже не раз обращался к коменданту с просьбой заменить. Но тот был либо занят, либо лень. В кабинет заглянул дежурный.
— Серега, у нас огнестрел. Твои парни уже в автомашине.
— Что опять случилось?
— Позвонил директор городской свалки. Рядом с ней полусгоревший джип стоит, а в нем труп, с простреленной головой.
— Этого только нам не хватало? Васильевич, однако ты себе алиби делаешь. Как твоя смена, так обязательно у нас криминал. Наверное ты их сам валишь, а потом вроде как в стороне. Я не я, и лошадь не моя.
— Сергей, да ну тебя с твоими шутками. Ты думаешь, мне мало достается. Сейчас понаедут опять с расспросами, что сделано, да сколько сил задействовали. А почему до сих пор не раскрыли. Давай собирайся, а то парни ждут.
Сергей, так и не открыв сейф, бросил дела в ящик стола. Закрыл кабинет и вышел из здания. Оперативники из его отделения сидели в дежурном УАЗе. Сергей сел на переднее сидение рядом с водителем.
— Михалыч, трогай свою колесницу.
Михалыч иронично хмыкнул и выехал со стоянки. Он по возрасту годился Сергею в отцы. Михалыч уже давно был на пенсии и мог бы курить бамбук, но оформился вольнонаемным, не мог жить без своего старенького УАЗа. Которого ласково называл Гоша. Сергей как-то спросил его, что его держит на работе. Тот лишь грустно ухмыльнулся.
— Сережа, а что мне еще делать? Я, больше ничего не умею, как крутить баранку. Сидеть дома, так я старой надоел уже выше крыши. Детей, внуков, бог не дал, что бы о ком-то заботиться. Дачи, что бы травку полоть, тоже нет. А здесь я привык, всех знаю и все знают меня.